— Господин… — Ее голос был тихим и невероятно добрым, когда она задрала рукав своей одежды. — Ваше величество, поднимитесь и примите то, что я вам предлагаю. Воистину, вы нуждаетесь в этом.
Джон начал было качать головой, но Куин настоял.
— Хочешь отправиться за Лэшем? Похоже, что ты не в той форме. Ты не в состоянии даже поднять свою гребаную башку…, прошу прощения за эти слова Избранная. Тебе нужна сила… Ну же, Джон, не будь задницей.
Тут же посмотрев на Лейлу, Куин произнес одними губами: «Извини». И должно быть, она улыбнулась ему, потому что на мгновение, он склонил голову, словно был ею заворожен.
Или, возможно, она что-то ответила ему так же одними губами.
Должно быть так.
Конечно.
А затем они оба опустили головы, и Лейла охнула, когда клыки Джона глубоко впились ей в руку и он начал брать, предложенное ею. Явно удовлетворенный, Куин вернулся на свое насиженное место и по новой наполнил свой стакан. Отпив половину, он протянул стакан Блэю.
Лучшая идея века. Блэй устроился в кресле напротив с высокой спинкой и подголовником, подняв одну руку с подлокотника он сделал глубокий глоток затем еще один, прежде чем возвратил текилу.
Так они и сидели, разделяя напиток пока Джон питался от Лейлы… и иногда во время совместного процесса «употребления», Блэй замечал, что прикасался губами к тому же краю стакана, что и Куин."
"Возможно, это все алкоголь. Возможно стакан. А может и тот факт, что с каждым вздохом Блэй чувствовал темный запах Куина…
Он знал, что должен уйти.
Он хотел поддержать Джона, но с каждой минутой все ближе и ближе… и ближе склонялся к Куину.
И кстати, его рука, свисавшая со спинки его кресла, практически поглаживала эти густые темные волосы.
— Мне пора, — резко сказал он, ставя стакан и направляясь к двери.
— Ты в порядке? — спросил Куин.
— Ага. Спокойной ночи и позаботься о Лейле.
— Разве ты не должен кормиться? — потребовал Куин.
— Завтра.
Избранная промолвила что-то милое и приятное, но он даже не обернулся. Ну нет. Он не мог обернуться.
И умоляю, Боже, не дай ему столкнуться с кем-нибудь в коридоре.
Он не стал утруждаться и проверять насколько невежливо это выглядит, он только знал, что был возбужден… и это единственная вещь, которую, независимо от того насколько был учтив мужчина, не могла укрыться под жесткой кожей.
ГЛАВА 18
На Другой Стороне, Пэйн расхаживала по фонтану своей матери, создавая круги на поверхности водной глади, которые тут же терялись в потоке струящейся воды.
