Прикрываю на секунду глаза, сжимая рукой раскалённую головку. С губ срывается приглушённый стон. Пульсация эхом проходит по венам, выколачивая сумасшедший ритм в висках. Неспешным поглаживанием пытаюсь успокоить натиск крови в жилках, но безрезультатно, я хочу большего, чем свою ладонь. Забираюсь на кровать и становлюсь на колени между её раскинутых ног, с похотью наблюдая за тем, как её пальчик соблазнительно кружит по плоскому животу вокруг пупка. Твою же мать! Я теряюсь в желаниях, не зная, чего больше хочу: ласкать её разгоряченное тело собственными руками, или же наслаждаться игрой её робких пальцев с «кнопочками», на которые я сам укажу.
— Ниже... — раздаётся мой сдавленный приказ. Судорожный вдох впускает в легкие густой и пьянящий аромат её возбуждённого тела, смешанный с запахом феромонов, миндаля и ванильных сладостей. Слежу за тонкой застывшей кистью любимой девочки. — Прикоснись к себе, Ася... Покажи мне, как ты это делала раньше.
— Что ты задумал? — облизывая губы, обращает внимание на бутылочку в моих руках.
— Закрой глаза и расслабься, — шепчу ей, открывая крышку флакона. Ася покорно откидывается на подушки, предвкушая удовольствие, ёрзает попой. — Сегодня только твой вечер, я хочу, чтобы он тебе запомнился, — наливаю небольшое количество масла на её дрожащий живот и гладко выбритый лобок.
— Дим... — стонет с мольбой в голосе, учащённым дыханием вздымая кверху грудь. — Я сгорю от стыда... я так не привыкла... вернее, никогда этого не делала.
— У тебя появился шанс многому научиться со мной.
Маленькая, стыдиться будешь утром, а сейчас выполняй. Опусти пальцы на клитор.
— Боже... — едва слышно шепчет и несмело кладёт руку на живот, касаясь кончиками пальцев налитого на шелковистую кожу масла. — Я не рассчитывала на такое откровенное шоу! Ты бессовестный манипулятор.
— Ммм... кто бы говорил... — с грудным урчанием тонкой струйкой добавляю ещё масла ей на грудь, увлажняя упругие холмики, закрываю флакон и отставляю его в сторону, затем развожу её ноги шире и позволяю действовать самостоятельно, отстраняясь.
Смущение волнами приливает к её лицу, вынуждая щёки покрываться румянцем, это не так заметно в сумерках, как чувствуется по её поведению и сбивчивому дыханию.
— Ты слишком соблазнительная в этой позе, такая открытая и вся моя! Только моя! — с упоением разглядываю её тело. — Если бы ты знала, какое наслаждение получает от этого мужчина, не стала бы сдерживать себя. Не зажимайся. Просто сделай то, о чём прошу.
