Молчание матерей

Ферма Лас-Суэртес-Вьехас в Кубильосе. Там все началось, и, по логике Виолеты, там круг должен замкнуться. Вот почему она не убила Бельтрана около спортзала, вот почему поехала по трассе А-1. Эта дорога ведет в Сорию! По навигатору, путь от площади Испании до Кубильоса займет чуть больше двух часов… Если Виолета выехала из Мадрида около девяти, сейчас она, должно быть, уже подъезжает к ферме.

Виолета с трудом вытащила судью из машины: подхватила его под мышки, но тело выскользнуло у нее из рук, и Бельтран ударился головой о подъездную дорожку.

Виолета с облегчением убедилась, что судья жив. Она не хотела убивать его раньше времени. Зенон этого не заслужил. Все должно было пройти по плану.

Она не стала выключать двигатель, и фары освещали фасад дома в Лас-Суэртес-Вьехас. Она вернулась на ферму впервые со дня кровавой расправы. Дом казался ей огромным отполированным черепом, от него веяло чистой, стерильной смертью. Виолета разглядела в небе стаю причудливых птиц, наверняка присланных Ийями Ошоронгой. Она принесет в жертву богине последнего отца.

Ей не удалось довести дело до конца: она должна была вернуть отцам всех детей, но двое остались у Дориты в подвале, и их забрала полиция. И все же Виолета надеялась на милость богини, верила, что сделанного ею будет достаточно. Все вернется на круги своя, жизнь вновь пойдет верной дорогой.

Она втащила Бельтрана в дом. Внутри Виолету встретила пустота – ни мебели, ни следа женщин, которые там жили. Это место больше не хранило память о матерях, о ее разговорах с Сереной и Росаурой.

Судья оказался очень тяжелым, и, дойдя до лестницы, ведущей в родзал, Виолета сдалась: подтолкнула тело, и оно полетело вниз, как тряпичная кукла, оставив на одной ступеньке кровавое пятно. Взяв сумку-холодильник, Виолета спустилась в подвал. Там не оказалось ни кроватей, ни мониторов, колыбельки для новорожденных тоже исчезли. Она щелкнула выключателем и обнаружила, что электричества тоже нет, но это ее не смутило: хватит и фонарика на телефоне. Она соединила руки судьи за головой и скрепила их пластиковой стяжкой, затем так же скрепила его щиколотки. В этой позе он напоминал святого Себастьяна из церкви в ее деревне. Старого лысого святого Себастьяна с лишним весом, несмотря на тренировки в спортзале. Виолета расстегнула его рубашку и осветила фонариком грудь и живот.

– Что происходит? Где я? – сонно пробормотал Бельтран, приоткрыв глаза, и попытался избавиться от стяжек. С пола он видел только темный силуэт Виолеты.