Монастырь (СИ)

– Да я сам толком не понял, мальчик просто невменяемый был, его же первый раз в жизни били! Ты же знаешь Кристиана – он даже пятью ударами может такое сделать! Да еще пригрозил чем-то, – схватив аббата за локоть, Николай его попытался остановить.- Да куда ты бежишь-то?

– Я хочу увидеть, что он сделал, – аббат откинул прочь удерживающую руку. Мысли о вчерашней ночи, гревшие мужчину, стали вдруг взволнованными и яростными. Ворвавшись в жилые помещения, пройдя по узким коридорам в сторону кельи, Себастьян остановился у дверей того, тяжело дыша.

– Иди к себе, Николай, я сам разберусь.

Внимательно посмотрев на аббата, русич поджал губы – значит, он правильно все понял.

– Себастьян, я дал мальчику легкое снотворное, чтобы он побыстрее пришел в себя. Вряд ли он сможет сейчас говорить. Но – твое право.

Он развернулся и пошел обратно в библиотеку, к Этьену.

15

Не свалился на вечерне мальчик только благодаря брату Николаю и его настойке. Когда вечером тот к нему заглянул, мальчик чувствовал себя еще хуже, спина болела просто ужасно, сил не было совсем.

Его напоили, привели на вечерню, потом обратно.. Сей был невероятно благодарен брату Николаю, а за себя стыдился – что тому приходится на него время тратить. Но прекрасно понимал, что сам просто не справится. После вечерни сон и шел, мальчик долго лежал с закрытыми глазами, отстраненно думая о цветах, когда начал потихоньку засыпать...

Аббат вошел в келью и закрыл за собой дверь. Его малыш лежал на кровати, поджав ноги – мужчина все это время так любил и оберегал этот хрупкий цветок.

А теперь совсем забыл про Сея за разворачивающимся безумием. Мужчина шагнул через маленькую комнатку и присел у изголовья, погладил юношу по волосам, а тот завозился в полудреме, дернулся и открыл глаза. В сумраке лицо его было таким испуганным, что невольный гнев за мучения его радости, его солнца заставил сжать руку в кулак.

– Рассказывай, – шепотом потребовал Себастьян.

– Падре?... – Сей испуганно сжался, непроизвольно отодвигаясь. Ему не хотелось, что бы этот человек видел его таким.

. Таким побитым и запуганным, слабым, больным. – Я.. что рассказать? Что вы хотите от меня услышать?.. Все хорошо... – Сей сел на кровати, отводя взгляд и натягивая на себя одеяло, стыдливо прикрывая нижнюю длинную рубаху, в которой спал.

– Я все знаю, – руки, такие горячие и большие, легли на тонкие колени. – Тебя наказал брат Кристиан. – Покажи спину. – Мужчина встал и зажег свечу. И теперь намеревался задрать рубашку. – Я должен тебе помочь.