Московский полет

А почему вы спрашиваете?

– А это вы одиннадцать лет назад арестовали на «Ленфильме» мой фильм «Зима бесконечна»?

Он глянул мне в глаза и опять улыбнулся:

– Да что вы! Одиннадцать лет назад я работал в Монголии. А что – прямо фильм арестовали?

Однако была в его улыбке какая-то чрезмерность, а в интонации такое сверхизумление и сочувствие, что мне уже расхотелось продолжать этот разговор. Но я все же сказал:

– В семьдесят восьмом году по приказу Романова ленинградский КГБ арестовал мой фильм.

А потом, уже по приказу Павлаша, его смыли. Но, может быть, и не смыли? Может, он лежит в ваших архивах? А?

– Дорогой мой!.. – Генерал доверительно тронул меня за плечо.

И в тот же миг разом сверкнули несколько блицев.

Я оглянулся. Недалеко от нас стояли с фотокамерами Мичико Катояма, Моника Брадшоу и весь мой «боевой взвод» – полковник Лозински, адвокат Норман Берн, мэр-здоровяк Джон О’Хаген и ковбой-издатель Роберт Макгроу.

Роберт держал свою видеокамеру на плече как гранатомет. Я невольно улыбнулся этой охране. А генерал тем временем продолжал:

И он так подчеркнул слова «в то время», чтобы не оставить никаких сомнений, – можно поверить ему на все сто процентов.

Да, в то время приказы действительно выполнялись. И если все эти годы в моей душе еще теплилась призрачная надежда, что где-нибудь в подвалах КГБ на архивной полке лежат опечатанные металлические коробки с моим фильмом, то теперь…

– Would you shake hands, please [Пожмите друг другу руки, пожалуйста]! – прозвучал сбоку тонкий голосок миниатюрной Мичико Катояма.

Я еще колебался какую-то долю секунды, но генерал уже протянул мне руку, и в этом жесте не было никакого подтекста или символики, это был естественный ответ на просьбу женщины и фотографа.

Но именно этот непроизвольный жест обнаружил, что генерал прекрасно понимает по-английски! Хотя на протяжении всей конференции общался с нами только через переводчика.