Московский полет

 – А вы думаете, почему он велел привезти вас к нему живым или мертвым?

– Но ведь фильм смыли! Я видел акт рязанской фабрики!

Тут Карина повернулась ко мне и спросила:

– Ну и что? Я тоже была замужем, когда встретила Костю. И между прочим, за советским атташе в Бонне. Но разве вы не знаете Костю!

Вместо спортивно-худощавого теннисиста, всегда элегантно одетого и по-юношески стремительного в движениях, передо мной стоял седовласый толстяк в блекло-полосатой больничной пижаме.

Правда, на его одутловатом лице были серые Костины глаза и у него был прокуренный Костин голос.

– Старичок, – сказал он, как только Карина ушла (оказалось, что она через час улетает в Осло и до последней минуты ждала моего звонка, весь день не выходя из квартиры). – Старичок, дай сигарету, быстро!

– Еще чего! – возмутился я, помня, что всего неделю назад у него был инфаркт. Мы стояли на зашарканной больничной лестнице, куда Карина провела меня с помощью небольшой взятки в виде плитки шоколада, которую она сунула в карман дежурной медсестре.

В обмен на это медсестра выдала нам два халата, застиранных до асфальтовой серости и без единой пуговицы, но зато тоже с черными штемпелями, какие были на простынях в гостинице «Армения» десять лет назад, в самую волшебную ночь моей жизни. «Б-ца № 6 Ленгорздравупр. Минздрав СССР» – извещали штемпеля на этих халатах.

– Странно, что они их еще не нумеруют, – сказала Карина, брезгливо набросив один из халатов на свой чистенький аэрофлотовский пиджачок, а второй я набросил себе на плечи. Потом я взял у Карины одну из авосек, в которой были яблоки и кастрюлька с овощным супом, а вторую авоську с винегретом и котлетами Карина понесла сама.

Мы прошли с ней по длинным и пустым, с жутким запахом карболки, коридорам и попали в холл – «красный уголок», набитый ходячими больными и больными в инвалидных колясках.

На всех больных были одинаково блеклые больничные пижамы и тапочки на босу ногу, и все они, подавшись телом вперед, напряженно смотрели в черно-белый экран телевизора, поднятый на две больничные тумбочки. По телевизору шел прямой репортаж из Кремля с заседания Верховного Совета СССР.