Московский полет

И всем интересно, что будет дальше. Если вам не возвращают дело, то когда вы собираетесь предать гласности материалы следствия?

Гдлян открыл нижний ящик своего стола и вытащил какую-то толстую – страниц под 300 – книгу в новеньком темно-синем переплете, протянул мне. Я открыл обложку, на титульном листе значилось:

Издательство «Юридическая литература»

– Что это? – спросил я.

– Это материалы нашего «узбекского» дела. Уже написана «Пирамида-2» – московская, и должна быть «Пирамида-3» – кремлевская.

К сожалению, подарить вам книгу не могу. Это единственный экземпляр. Книгу запретили, весь набор рассыпали, издательство расторгает с нами договор.

Чувствуя, что я упускаю из рук сенсационный материал, я со вздохом отдал ему книгу.

Вошел Иванов, сказал Гдляну:

– Спецотдел спустил вниз, на проходную, приказ не пропускать никого без предварительной заявки.

Конечно, это относилось к моему визиту.

– Быстро работают, молодцы! – усмехнулся Гдлян, и я понял, что реплика Гдляна про «майора, который сейчас нас слушает» – вовсе не шутка.

Гдлян и Иванов сидят тут, в Прокуратуре СССР, как в осаде: по приказу Лигачева Генеральный прокурор СССР отстранил их от всех дел и ведет против них служебное расследование, но уволить из прокуратуры не может, поскольку они оба – депутаты Верховного Совета и защищены депутатской неприкосновенностью.

Но если этот кабинет прослушивается, подумал я, то нет смысла добиваться от Гдляна подробностей про взяточничество Лигачева – ни Гдлян, ни Иванов не расколются.

Я сменил тему разговора:

– Почему во время суда над Чурбановым фигурировали только взятки, которые он получил в Узбекистане? Разве ему не давали взяток в Грузии, Азербайджане, Литве? Я сам видел когда-то в Свердловске на ювелирной фабрике одно замечательное платиновое кольцо с бриллиантами. Секретарь свердловского обкома партии взял это кольцо из музея фабрики и отвез в подарок Галине Брежневой. А она по пьяни выбила из кольца бриллиантик и вернула на фабрику с разносным письмом.

– Может, приобщим его показания к делу? – усмехнулся Гдлян Иванову и сказал мне: – Вы сидите на том самом стуле, на котором сидела пьяная Галина Брежнева, когда я ее допрашивал. Жалко, я не знал тогда этого факта. У вас есть еще какие-нибудь факты такого рода?

– Боюсь, что все остальные вы знаете. Например, про ежегодные ювелирные выставки в Центральном театре Советской Армии.