Москвичи и черкесы

Майор, увидев Пустогородова, дружески поздоровался с ним.

– Давно ли вы здесь, майор Лев, и что поделываете? – спросил Александр.

– Пью и в карты играю, – отвечал майор. – Приехал сюда после экспедиции, с князем Галицким, и не могу собраться выехать. Все дела много!

Александр обратился к высокому полковнику:

– Князь Галицкий! Вы, верно, меня не узнаете?

– Ах, виноват! Не узнал!.. Как вы переменились! – молвил полковник, протягивая руку. – Зачем не были вы в прошлую экспедицию в нашем отряде?

– Я отказался от нее и помышляю оставить службу.

– Если можете, то сознаюсь, пора и вам отдохнуть, – сказал князь Галицкий, вздохнув глубоко.

Все уселись за стол и велели подать обедать. Янкель-Паша приметно смутился, наконец совсем замолк и сидел, будто не зная, что ему делать.

Янкель-Паша, грозя пальцем, сердито возразил:

– Господин офицер! Прошу не забываться и не называть моих обедов шабашом; я вам этого не позволю. Жидов я ненавижу и их обычаям не подражаю.

– Господин полковник, – отвечал офицер, – если вы не терпите жидовских обыкновений, так не должны себе позволять за столом грозить мне пальцем – это совершенно по-жидовски.

Впрочем, имею честь вам доложить, что я очень люблю жидов и знать не хочу, когда у вас бывали обеды: из нас троих никто у вас не бывал; вы в короткое время умели приобресть в отряде всеобщую ненависть… но что об этом говорить?.. Вы сами знаете. Подать мне ветчины, да побольше шпигу, – прибавил он, обращаясь к слуге.

– А в кармане у вас нет более шпигу? Давно ли?.

. – спросил майор Лев.

– Разве он носил шпиг в кармане?.. Это на что? – заметил Алескандр.

– Ты, брат Пустогородов, видно, не знаешь, как важно в нашем краю иметь в кармане шпиг, – сказал офицер. – Походом голоден: у тебя прекрасная закуска! Нападут на тебя в поле черкесы: покажешь им свиное сало, они заплюют, заругают и оставят тебя! Дома жид к тебе пристанет: покажи ему это сало, и он без оглядки убежит, станет беречься от тебя, как от чумы!

– Ну, брат, о первом и последнем не спорю, но черкес не побежит от тебя, когда покажешь ему свиное сало, за это я ручаюсь.

– Да дайте же ему прикрасить рассказ! – заметил князь Галицкий.

Старик, войсковой старшина оренбургского казачьего войска, сидевший тут, с каким-то беспокойством окидывал глазами весь стол. Князь Галицкий, заметив это, сказал ему:

– А что, батюшка, верно, тринадцать за столом?

– Да, ваше сиятельство, – отвечал старик.