Мост через огненную реку

Она оказалась немного иного покроя, но едва ли кто обратит внимание на такие мелочи, как форма ворота и ширина манжет.

– Счастье твое, что у меня есть похожая. Иначе не знаю, как бы ты выкручивался. Надевай, – сердито приказал король.

Понаблюдав некоторое время, как Энтони неловко возится с одеждой, Леон ругнулся и принялся ему помогать. Потом налил четверть стакана жидкости из небольшой черной бутылки и разбавил водой.

– Пей! – велел он все тем же не допускающим возражения тоном.

Бейсингем медлил.

Напиток оказался по запаху достаточно неприятен, а на вкус обещал быть еще хуже. Тем временем Леон тщательно протер шпагу Энтони, собрал окровавленные тряпки, сложил все в камин, облил маслом из стоявшего рядом кувшина и поднес свечу. Через несколько минут опасные улики превратились в горстку пепла. Проделав все это, король поднял голову и нетерпеливо бросил:

– Пей, я сказал! Хочешь или не хочешь, но придется тебе протрезветь. Хотя ничего приятного не обещаю.

Пришлось выпить. Действительно, эликсир на вкус был мерзок, однако в голове прояснилось. Леон кивнул Бейсингему и, сделав знак следовать за ним, вышел в другую комнату.

Это была малая королевская гостиная. Здесь посередине стоял низкий стол с несколькими креслами, рядом маленький столик с вином. Король поставил в угол обе шпаги, свою и Бейсингема, затем налил вина в два кубка и достал колоду карт.

– Во что играешь? – осведомился он.

– Ни во что… – растерянно ответил Энтони.

– Вот что значит удачно проиграться, – усмехнулся король. – Но бреф-то помнишь? Все время ведь крутился за нашими спинами…

…Они знали друг друга с раннего детства. Мальчики из семьи Бейсингемов традиционно, уже несколько веков, были первыми друзьями трогарских принцев – если, конечно, годы позволяли. Терри с высоты своего возраста лишь время от времени снисходил к мальчишкам, но с Валентином Леон и его брат Себастьян были лучшими друзьями, а Энтони, как и подобает малышу, бегал хвостиком за старшими.

Он вспомнил: Валентину одиннадцать лет, Леону четырнадцать, Себастьяну двенадцать. Они сидят в укромном уголке сада, на земле за кустами, и занимаются строго запрещенным делом: играют в карты. Энтони не участвует в игре. Неделю назад он проиграл золотую монету, которую подарил ему отец, и решил никогда больше не играть. И зарок дал по всем правилам: перевязал колоду прядью волос и кинул в огонь.