Остаток дня мы с Серым провели в поисках тупикового каньона, который, как мне было известно, находился севернее двойной вершины Кроличьих Ушей. Сведения, скажем прямо, весьма расплывчатые. В течение всего дня я старательно объезжал стороной лагерь Карнсов. Теперь, когда они объединились со Стивом Хукером и парнями из банды Коу, мое положение резко ухудшилось. Но все же я не был таким жестокосердным, чтобы злорадствовать по поводу того, что шайка Коу связалась с Сильвией. Когда эта дама найдет золото, она, без сомнения, постарается потихоньку отправить на тот свет всю свою компанию.
Если, конечно, найдет.
К ночи я постарался убраться подальше, взяв направление к северу от горы. Лагерь разбил на маленьком ручейке, впадавшем в Норт-Канейдиан. Поскольку до Кроличьих Ушей было миль семь-восемь, я посчитал себя в безопасности и развел крохотный костерок, который уместился бы у меня в шляпе. Приготовил кофе и сварил кусок мяса, которого у меня теперь было хоть отбавляй, потому что по дороге сюда я застрелил годовалого теленка бизона.
Только собрался налить себе кофе, как мустанг, пивший у ручья, вдруг вскинул голову и настороженно уставился в темноту противоположного берега. В мгновение ока я отскочил от костра, держа наготове взведенный винчестер.
— Полегче с винтовкой, сынок. Мне нужна помощь.
Голос показался знакомым, и пока я, затаившись во тьме, пытался вспомнить, кому он принадлежит, человек снова заговорил:
— Этот конь знает меня лучше, чем тебя.
Я дал его тебе.
— Тогда выходи. Покажись.
— Погоди маленько. Меня ранили.
Решив выйти из темноты, я здорово рисковал, но голос действительно был знакомым, и только один человек знал, как мне достался жеребец. Потому спустился к ручью, перешел его и нашел старика, лежащим в траве на другом берегу потока. Подняв его, на руках отнес в лагерь. Он весил не более ста тридцати фунтов, даже в худшие дни я мог поднять втрое больше.
Мой спаситель, а это был он, оказался в плохом состоянии.
В него несколько раз стреляли, а левая рука представляла собой окровавленное месиво, на распухших пальцах — ни одного ногтя. Такое не могло быть несчастным случаем.
— Команчи? — спросил я.
— Законопослушные граждане, — хмуро ответил он. — Иногда они хуже индейцев.
— Ты случаем не про Карнсов?
— Встречался с ними?
— Ага.
Первым делом я наполнил кружку черным горячим кофе и протянул ее старику. Он дрожал от слабости, и ему нужно было взбодриться.
