Дарен неожиданно перехватил мою ладонь, слегка сжал и поднес к губам, целуя место укуса.
— Больно?
Он поднял на меня странно мерцающие глаза.
— Немного…
Потянула на себя руку, и Дарен, помедлив, нехотя выпустил мои пальцы.
И вот что это сейчас было?
* * * * *
— Как хорошо…
Мы с Эари сидели на берегу «русалочьего» озера и молча наблюдали, как по поверхности воды, смеясь, разбегаются солнечные блики. Ни одна из нас не торопилась начинать разговор.
Час назад Йор открыл портал, и мы всей компанией, включая маркиза Леро и щенка, перешли в Запретные Земли.
О своем помощнике брат лично договорился с фрейром, а Шарика я прихватила в последний момент. Решила показать его хаудданцам и послушать, что они скажут о неожиданном «подарке судьбы». Мне нравился звереныш, а вот тому, кто его принес, я не очень-то доверяла. Талантливый стихийник, Орвальд вполне мог изобрести какую-то гадость, сделать так, чтобы, пока я умильно ворковала над щенком, за мной следили и снимали «скрытой камерой». Или как там это у магов называется? Не то, чтобы у меня была мания преследования, но проверить не помешает.
После приветствий и официального знакомства, Петька с Йором удалились секретничать, а нас Эари забрала на озеро. Дарена с Шариком тут же утащили берегини — мужчину в одну сторону, щенка — в другую. Пса я не видела, лишь время от времени откуда-то из-за скалы раздавался его задорный лай, а вот маркиз с русалками расположился как раз напротив меня. Они о чем-то весело переговаривались, шутили, смеялись, казалось, Дарен полностью доволен жизнью.
Еще бы он на меня реже обращал внимание."
"Я не могла разгадать смысл его взглядов — то задумчивых, то обжигающе горячих. А порой в глазах мужчины мелькало странное выражение, он словно пытался что-то во мне увидеть и сам этому удивлялся. Я вообще не понимала его поведения в последнее время. Не понимала и от этого напрягалась все сильнее. Мы, вроде бы, договорились, если не о дружбе, то, по крайней мере, о взаимовыгодном сотрудничестве. Но друзья-приятели не смотрят так, что порой становится жарко.
Жарко и… неудобно.
Я провела ладонью по нагретой за день траве, пропуская ее сквозь пальцы, и медленно глубоко вдохнула.
— Можно остаться здесь навсегда?
Вопрос был риторическим — я знала, что скоро все равно придется возвращаться в Тагриф. К навязчивым поклонникам, обязательным дворцовым приемам, балам, бессмысленной светской болтовне и нерешенным проблемам — то есть к жизни Мэарин Ольес, графини и хэленни.
