– Потому что я следователь. Давай, Миша, не тяни, не жди, пока все нервы истреплешь с новым-то. А я буду твоим наставником, возьму тебя как молодого специалиста под крыло, так что не бойся, не боги горшки обжигают.
– Я подумаю, – повторил Доценко.
Насте стало тоскливо. Она уйдет, это решено. И Миша, наверное, уйдет, зачем ему эти приключения на свою голову. Потом потянутся и другие. Все, что так кропотливо и любовно создавал, собирал по крупицам и отшлифовывал Гордеев, развалится в один момент, рухнет, как карточный домик.
Жалко до слез. И перед Гордеевым стыдно, не выдержали первых же трудностей, струсили, разбежались, как крысы с корабля. Может, ей все-таки не уходить? Мишка в рот ей смотрит, считает ее непререкаемым авторитетом, и если она уйдет, то и он примет предложение Ольшанского, можно не сомневаться, а если она останется, то и его сможет удержать. Надо еще потерпеть, постараться привыкнуть. Конечно, всем противно, всем тяжело с новым начальником, но все же терпят, никто об уходе не заговаривает.
Только она. Что же она, слабее всех?
– Константин Михайлович, – сказала она с наигранным возмущением, – вы что это удумали? Кадры переманивать? Нехорошо искать топор под чужой лавкой.
– Конечно, лучше, чтобы этим топором пользовался ваш Мельник, – отпарировал следователь. – То-то он дров нарубит, на три избы хватит, еще и останется. Этого дожидаетесь? Ладно, шучу, сами разберетесь, кому где работать. Так что с вашей Лазаревой будем делать? Объявлять в розыск?
– Объявляйте.
Мельника все равно не переубедить. Он считает, что она причастна к убийствам, и отступать от этого не собирается.
– Так, может, действительно причастна? – прищурился Ольшанский. – Не станет же Мельник безосновательно упираться, значит, какие-то основания у него есть.
– Константин Михайлович, основания у него есть, если считать семь убийств серией.
– Ну так?..
– А у меня есть основания считать, что это не серия. Вот и выбирайте, кому вы больше верите, мне или Мельнику.
– Ишь ты! – расхохотался он. – Нормальный мужик, выбирая между мужчиной и женщиной, должен выбрать женщину. А я нормальный. Я только хочу понимать, почему Мельник к твоим доводам не прислушивается. Мне они показались вполне убедительными. Тем более я знаю о работах Самойлова и о той зеленоградской истории тоже знаю. Я бы на месте твоего начальника поверил тебе. И если он поступает по-другому, я хочу понимать, почему он это делает, из каких соображений.
