Что ответить? Отговаривать его от этого шага, а потом уйти самой? Или поддержать? Как правильно?
– Миша, вы не должны оглядываться на мое мнение. Поступайте так, как считаете правильным. Только не принимайте поспешных решений, это самое главное.
Лицемерка! «Не принимайте поспешных решений». А сама она разве не так поступила? Можно подумать, она месяцами мучилась, терзалась, взвешивала все «за» и «против». Тоже приняла решение внезапно, под влиянием минуты, эмоционального всплеска. И теперь это решение крепнет в ней с каждым часом.
Только одновременно с ним усиливается и чувство стыда. Стыда за свою трусость, слабость. Стыда перед полковником Гордеевым.
На станции «Боровицкая» Михаил попрощался и вышел, ему нужно было на пересадку, а Настя поехала дальше, погруженная в свои невеселые думы. Может быть, после разговора с отчимом ей станет полегче? Хотя бы смута в душе рассеется.
* * *В доме у родителей оказалось полно гостей, и для Насти это было неприятной неожиданностью. Меньше всего ей хотелось сейчас быть на людях, улыбаться, общаться с посторонними.
Если бы мама еще вчера предупредила ее, Настя нашла бы миллион причин, одна уважительнее другой, по которым она именно сегодня ну никак не может приехать. Но мама коварно промолчала и говорила только о необходимости правильно питаться.
Настя мужественно «отбывала повинность», то и дело поглядывая на часы. Удобно ли уже исчезнуть или нужно еще потусоваться с гостями, чтобы не обидеть маму и Леонида Петровича? Ее всегда поражала способность родителей обрастать знакомствами и устанавливать дружеские отношения с людьми, никак не связанными с их профессиональным кругом.
Если бы Насте пришлось звать гостей, они сплошь были бы или ее коллегами с Петровки, или Лешкиными, из его института. А сейчас вокруг нее были гости самых разных профессий, с которыми мама и отчим знакомились на приемах, банкетах, во время отпусков, были даже две мамины школьные подруги.
Она пробралась к отчиму и потянула его за рукав.
– Пап, пойдем на кухню, мне с тобой посоветоваться надо.
Леонид Петрович тут же извинился перед толстым смешным дядькой, с которым что-то оживленно обсуждал, и поднялся из-за стола. Но кухня оказалась занята, там сидели две дамы и, весело чирикая, украшали котлеты на косточках затейливыми бантиками из тонких полосок цветной бумаги. Настя растерянно взглянула на отчима, но он тут же сделал головой движение, указывающее на входную дверь.
