Мы из Кронштадта. Встреча.

Ну понимал ведь, что его деятельность с теми же винтовочными патронами и особенно наличие ручного пулемета в активе никак не вызовет благостного настроения у органов правопорядка, если что таковое всплывет.

Потому во-первых, точно помнил две чеканные фразы, которые никогда нельзя произносить при допросах:

- Я согласен на бесплатного адвоката.

- Я отказываюсь давать показания.

Потому как для бесплатного адвоката выгодно главное – чтоб дело было закрыто максимально быстро, а посадят клиента или нет – ему абсолютно безразлично.

А не давать показания вообще – противозаконно, гражданин обязан помогать органам государственным, потому уже за такой отказ могут вполне серьезно наказать. Понятно, бесит такой отказ правопорядочников лютым образом. А просто зря бесить не стоит людей, которые решают твою судьбу.

Во-вторых, запомнил наиболее частые прихватки допрашивающих, которые рассчитаны уж совсем на новичков. И кудрявая красотка все их применила, словно у нее перед глазами стояла инструкция. А Виктор даже немножко поначалу мысленно ржал, когда на такие подковыристые вопросы отвечал с глубокомыслием и некоторой скорбью о несовершенстве этого мира.

- Вы понимаете, что либо вы признаетесь, либо перейдете в статус обвиняемого? – вежливо вопрошала кучерявая.

- Мне не в чем признаваться, говорю, что было. Пытался им помочь, а вот огреб за свою доброту… – вежливо отвечал сюрв, а в башке и совсем малость на языке вертелось: «Если я признаюсь, то уж тут-то точно из свидетеля получу этот самый статус обвиняемого! Сам же тебе дам для того данные!»

- Вы же понимаете, что на допрос просто так не приглашают? – серьезно всматривалась ему в глаза следовательница.

- Конечно понимаю. Всех свидетелей приглашают не просто так, а в связи с процессуальными требованиями! – кивал Витя и надеялся, что не ляпнет как на форуме написал некий следак: «Свидетель – это тот, кто оказался не в том месте не в то время, но обделался только малым испугом.