Нет, у меня не было умения, как у Штирлица, просыпаться точно через заданный интервал, но я знал, что больше двух-трех часов не просплю. Когда я начеку, то организм быстро высыпается. Тулуш тоже заверил, что встанет без всяких проблем к нужному часу, поэтому проспать я не боялся."
"Мне уже почти удалось уснуть, даже под сопение Мухтара и тонкий храп Тулуша (будто белка простыла и хрипит), как я почувствовал, что Вера повернулась ко мне лицом. Я думал она бок на земле отлежала, а она не мешкая вдруг обняла меня и поцеловала прямо в губы.
Я не спешил ее отгонять. Приятно же… Целовались мы с минуту. Сладко и трепетно, как пионеры тайком в палатке.
— Спокойной ночи, — прошептала Вера и ловко отвернулась на другой бок.
— Спокойной ночи, — ответил я и тоже отвернулся, от греха подальше.
Поймал на себе чей-то взгляд. Оказалось, что Мухтар не спит, а смотрит на меня хитрыми глазками.
Я улыбнулся ему и подмигнул. Он моргнул одним глазом, получилось, будто тоже подмигнул.
* * *— Саша! — воскликнула Алёна.
— Ты целовал эту курицу? Как ты мог, Морозов⁈
— Я… ты как здесь оказалась вообще? — дивился я, глядя как моя девушка перегородила в шалаше проход.
— Я не курица! — возразила Вера, притянула меня за шею к себе и стала демонстративно нацеловывать.
— Убери от него руки, курица! — Алена подскочила, перехватила у неё мою шею и сама стала истово меня целовать.
— Да хватит вам, девоньки! — мотнул я головой и проснулся, а рядом довольная морда Мухтара.
Судя по всему, он успел облизать мне все лицо.
Его хитрый взгляд так и говорил, мол, извиняться не за что, хозяин. Ты во сне мычал, бубнил, сон, наверное, плохой увидел, вот я тебя и разбудил. И умыл заодно.
Вот хитрюга. Я поплевался маленько, но больше для виду, обтер губы рукавом олимпийки и посмотрел на часы. Полчетвертого, ага… Пора…
Вера мирно сопела, а вот Тулуша рядом с нами не оказалось. Черт! Куда он пропал?
— Сиди здесь и охраняй жилище, — приказал я Мухтару.
С собой я его не стал брать, под пули или дробь пускать не хочу.
Сами справимся.
— Саныча… Вставай… Охота ждет, — на пороге шалаша появился Тулуш с ружьем на плече. — Роса выпал тяжелый. Это хорошо. Небо давит. Спать крепко они.
— Отлично, — потер я глаза.
Сон прошел, адреналин помог его прогнать, все же не на утреннюю рыбалку собираемся.
Боялся ли я? Да… Но не за себя, а за тех, кого мы вызволять будем. Как бы преступники не использовали их как живой щит — вот что меня беспокоило.
Я снял олимпийку и укрыл ею спящую Веру.
