— Разберемся… Что у вас случилось?
— Украли!
— Что украли?
— Все украли!
— Так, — вмешался Трубецкой, видя, что следак не особо пробивной парень. — Давайте по существу. Что, где, когда?
Произносил оперок всё это с властным пренебрежением, будто предлагая сыграть в известную телеигру.
— Серебро столовое украли… Оно от бабки досталось. Вытащили, ироды. Пришла с огорода, открыла шкапчик, глядь! Нету ложек! Ой, что теперь будет-то?
— Ничего страшного, купите себе новые ложки, а пока можно и руками поесть, — сочувственно покивал следак.
— В Узбекистане так и делают, сам видел…
Я даже немного усомнился в его адекватности. Он реально сейчас так успокаивает? С виду — сказал это на полном серьезе. Я присмотрелся к сотруднику. В звании старлейном (самое распространенное звание у них, что ли?), с несуразной ершистой щеткой черных усов под носом. Глаза какие-то слишком выразительные, что у бешеного зверя. Но при этом спокойные и немного задумчивые. Странное сочетание. Короче, мистер Бин, только высокий и с усами.
— Да не кушали мы ими! Берегли на потом. Для трапезности у нас алюминиевые ложки имеются, со столовой я принесла. Ой… — поняв, что сболтнула немного лишнего, женщина прикрыла рот ладошкой. Но из нас никому дела не было до преступления века — кражи гнутых алюминиевых ложек из школьной столовки.
Трубецкой еще поспрашивал потерпевшую, а мы пошли в дом. Постройка стандартная — крыльцо, сени, дальше прихожка-кухня с печкой, столом, вешалкой для одежды и холодильником. Оттуда выходы в пару маленьких (меньше вольера у Мухтара) комнаток.
Убранство богатством не блещет. На стене ходики с гирьками, под ногами половики, на оконцах герань, занавески и трехлитровая банка с похожим на кастрированную медузу — чайным грибом. В углу рукомойник, а под ним помойное ведро. На раковине кусок хозяйственного мыла и пачка советской соды.
Сколько лет живу, почитай уже вторая жизнь пошла, а все одно в толк не возьму — что же такое сода? Что-то поразительное… Ею и горло можно полоскать, и унитаз чистить, и пироги с ней печь.
— Так, хозяйка, показываем, где что лежало… — командовал Трубецкой.
Оказалось, что ложки-поварешки из ценного металла хранились в буфете в особом месте — в коробке из-под обуви. Причем коробка была на месте, а приборов и след простыл.
Криминалист — в звании лейтенанта, но типичной математическо-студенческой наружности. Окуляры на глазах, челка набок, пытливый взгляд. На вид возраста неопределенного, можно и двадцать дать, а можно и тридцать.
