Награда проклятого демона

А ещё совершенно не было видно, что одно из этих пятен на самом подоле было вовсе не пятном от крови. Я очень тщательно вытерла отравленный стилет Ширы о своё платье, и теперь тому, кто проглотил бы этот клочок ткани, грозила очень скорая смерть.

Я не могла взять стилет с собой: мне негде было его спрятать. Но я могла захватить яд — и могла им воспользоваться.

Потому что мне в голову вдруг пришла ошеломительная идея. Наивная, но…

Но она могла сработать.

Я вытянула руку, на которой сверкал императорский перстень.

— Я желаю, чтобы меня провели на нижний ярус подземелий, — как можно холоднее произнесла я.

Стражи нерешительно переглянулись. Я подняла бровь:

— Или мне рассказать Его Величию, как я отбивалась от людей Ширы без вашего участия и чуть не погибла?

Они вновь переглянулись. Наконец самый высокий из них решился.

Здесь не горели огни.

Полумрак — и качающийся фонарь впереди. Я следовала во тьме за проводником, стараясь не споткнуться, и снова прокручивала в голове всё, что я хотела сказать Церону.

Точнее, одну-единственную вещь.

Мой провожатый остановился.

Свет фонаря озарил камеру за толстой каменной решёткой, и я едва удержалась, чтобы не шагнуть назад.

Церон лежал на самом простом ложе, пододвинутом к самой решётке. Если бы он захотел, мог бы протянуть руку между каменных прутьев и коснуться моей лодыжки.

Ни оков, ни кандалов на нём не было. И, судя по его расслабленной позе, он вовсе не чувствовал себя пленником.

— Вижу, ты наслаждаешься отдыхом, — процедила я.

— Я вижу, ты научилась пользоваться своим перстнем, раз тебя сюда пустили. Что тебе нужно?

Вместо ответа я кивнула провожатому:

— Оставьте мне фонарь.

Он с поклоном поставил фонарь на землю у противоположной стены, как можно дальше от Церона, и удалился.

Когда его шаги затихли вдали, я шагнула вперёд и села на каменный пол напротив Церона.

— Я предлагаю тебе смерть.

Секунду на лице Церона не было никакого выражения. Потом он усмехнулся.

— Свежо.

Я опустила взгляд вниз, на подол платья, где ждал своего часа яд.

— Император будет тебя пытать, — промолвила я. — Куда изощрённее, чем всё то, что ты собирался делать со мной в кошмарах. Я же могу подарить тебе быструю смерть. Быструю и почти без боли. Ты не представляешь, какие мучения тебя ждут…

Церон вдруг расхохотался. Мне стало жутко от этого смеха.

— Ты даже не представляешь, о чём говоришь, правда? — произнёс он. — Ты понятия не имеешь.