Награда проклятого демона

— Значит, будешь обучать новобранцев и торговаться с оружейниками, — хмыкнул Конте.

— Или снова собирать сплетни в Янтарном квартале, — поддакнула я. — Самое подходящее для скромной будущей матери занятие.

— О да. О тебе будут сочинять легенды.

Конте передал мне крошечный пузырёк со своей кровью.

— Только для дела, — предупредил он. — Я тебя знаю, Закладка. Если снова попробуешь припрятать часть для того, чтобы чертить пентаграммы по ночам…

Он осёкся. Его лицо помрачнело.

— Не надо, — тихо добавил он.

Я знала, о чём он. Мы оба знали. Первые дни, когда мы вернулись из Подземья, я чертила пентаграмму каждую ночь. Ставила свечу в середину и долго смотрела на огонь, пока окончательно не слипались глаза.

И каждый раз дописывала в пентаграмму одно-единственное имя, чтобы из Подземья не мог проникнуть кто-то ещё.

Потом Конте начал давать мне свою кровь всё реже. Потом он перестал делиться ею вообще.

Тогда я начала рано ложиться спать. И спала долго, со вкусом, с каждым разом вставая всё позднее.

Я мечтала увидеть сон с Тенью. Хотя бы один. Я знала, что это было возможно, что связь с Подземьем через сны существовала, пусть слабая, и я пыталась, пыталась, пыталась…

…Пока мне не приснился один-единственный обрывок сна.

Тень сидел на нашем общем каменном островке в одиночестве. Обломок скалы по-прежнему висел в небе, вот только звёзд вокруг больше не было.

— Хватит, Дара, — произнёс Тень, не оборачиваясь. — Тебя здесь нет.

«Я здесь, — хотела было сказать я. — Здесь, с тобой, обернись, вернись, тебе лишь кажется, что ты один…»

И проснулась у погасшего костра, дрожащая, с текущими по щекам слезами.

Конте ни о чём не стал меня спрашивать. Но когда он заметил, что я вновь сплю как обычно, я ощутила его скрытое облегчение.

Демоны отвлекали нас обоих от мыслей о Тени. Впрочем, после очередной заварушки мне всё чаще начинало казаться, что я предпочла бы вязание. Хотя бы пару недель, для разнообразия, пока я не зачахну от скуки.

С этими мыслями я вошла в меловой грот. Путь, уходящий в глубину пещеры, давным-давно завалило обвалом, так что отступать было некуда. Но бежать не потребуется, если я начерчу пентаграмму правильно.

Быстрые меловые линии одна за другой ложились на каменный пол. Я замерла, прислушиваясь, — и почти тотчас же почувствовала, как дрожит земля. Следом я услышала топот филастра.

— Быстро, Закладка! — заорал Конте.