Из устремленных на святые лики глаз вышегородца катились слезы. Анастасу пришлось трижды окликнуть его. На третий раз Лаврентий обернулся. Должно быть, он посчитал херсонесца видением, поскольку тут же перекрестился и отбил еще один поклон.
– Хватит, брат, – спокойно сказал Анастас. – Господь услышал тебя. По его знаку я пришел к тебе.
Голубые выцветшие глаза Лаврентия расширились.
– Господи Всеблагой, Господи Всемогущий, благодарю тебя, благодарю… – зашептал он.
Анастас хмыкнул. Лаврентий дурак, но нынче он был нужен.
И вера его нужна… Только вера удержит Лаврентия от предательства. Через день-другой Окаянный хватится своего любимца Горясера и заподозрит неладное. Еще день потребуется, чтоб выяснить, где скрывается настоятель Десятинной, и еще день – на посыл гонца. Или гонцов…
Анастас не знал, скольких убийц подошлет князь, но, пока Лаврентий веровал в его святость, он был в безопасности.
– Встань с колен, брат, – мягко произнес он. – Мы будем молиться всю ночь, а пока приветь меня. Мое тело изнурено… – Анастас чуть не подавился словами.
Давненько ему не приходилось говорить столь мудрено! – А моя душа в смятении. Я хочу поведать тебе о знаке, данном мне свыше. Воля Господа привела меня к тебе, и я прошу о помощи.
Смиренность игумена сломила Лаврентия. Еще раз перекрестившись, он встал.
– Великая милость помочь ближнему, – прошептал он. – Пойдем, брат мой…
Келья Лаврентия оказалась маленькой и сырой.
«Нарочно выбрал самую захудалую!» – глядя, как вышегородец расстилает на полу жесткую циновку, зло подумал Анастас.
Игумен не привык спать на полу. Он любил уют, но нынче не стоило привередничать. Выжить бы да дождаться Болеслава. А потом можно повоевать с Окаянным. Еще неизвестно, кто кого…
Анастас устал, его желудок требовал пищи, а тело – отдыха, однако он крепился.
– Я молился, – усаживаясь на циновку, начал он, – когда вдруг меня ослепило яркое сияние. В сиянии я увидел девушку, прекрасную ликом, но темную душой. – Анастас придумывал на ходу. – Она шла по земле и кидала черные зерна.
Голос с небес проклинал ее, но люди падали перед ней на колени. Я видел, как она вошла в город, над которым сияли золотые купола, и те окрасились кровью. По куполам я узнал вышегородскую церковь., «Помоги», – сказал мне голос с небес, и я очнулся. В моей келье было светло, хотя за окнами стояла непроглядная тьма. Я упал ниц. «Кому я должен помочь, Господи?! – вопрошал я. – Укажи хоть одним словом!» – «Вышегород», – ответил голос, и сияние померкло.
