Передо мной был виток той же дороги! А на ней тяжелые летние телеги, пешие воины, лошади, яркие стяги, дорогие щиты с позолотой… Войско Ярослава!
Я попятилась.
– Эй, глядите, девка! – Надо мной склонилось незнакомое лицо. Бородатое, с приплюснутым носом и толстой верхней губой. – Ты чего, а, девица?
Ответить мне не хватило сил.
– Эй, ребята, подсобите! – разгибаясь, завопил кому-то бородач. – Тут какая-то девка… Хворая, что ли…
Затопали ноги, приблизились темные силуэты, голоса…
– Сажай ее на свою телегу, – посоветовал кто-то.
– Ведь идешь порожняком, а она, кажись, ногу подвернула.
Бородач потрепал меня за плечо и протянул руку:
– Встать можешь?
Я попробовала. Лодыжка болела. Оперевшись на плечо бородатого, я кое-как проковыляла к телеге и свалилась на пропахшие потом доски. Колеса засипели. Мимо поползли кусты. Впереди, далеко над головой возницы, в небе скучились и закачались друг перед другом знамена Ярослава. Телега остановилась. Что-то случилось? Я вытянула шею. Кусты и каменный завал справа показались знакомыми.
Боже мой, да это…
Откинувшись на спину, я замерла. Усатый возница потрепал меня за плечо. Пришлось открыть глаза.
– Подержи пока. – Он протянул мне вожжи. – Пойду узнаю, что к чему.
Он спрыгнул с телеги и затопал вперед. Я сжала в руках ременные вожжи. Ладони потели, а сердце колотилось так гулко, что стук отдавался в ушах.
Седоусый вернулся, когда я уже отчаялась. Уселся на облучок, причмокнул на нервничающего жеребца и покачал головой.
– Что там? – тихо спросила я.
Воин глянул через плечо:"
"– Сторожевые натолкнулись тут на засаду. Не знаю уж точно, что и как, я недослышал, а только этот волколак из десяти наших шестерых уложил. И ведь жив, собака. Места здорового нет, вместо рожи месиво, глаз выбили, а оставшимся зыркает, будто зверь. Князь приказал не убивать его. Потом допросят. Но по виду он не из Святополковых. Верно, наемник… И чего ему вздумалось напасть на сторожевых?
Передняя телега тронулась с места. Возница отвернулся от меня, хлопнул вожжами, и вороной пошел.
Я закусила губу. Значит, рябого наемника поймали… И меня… Но мой возница ни о чем не догадывается. Как долго он будет в неведении? До въезда в город? Город совсем рядом. А там встреча, суета, толкотня. Под шумок улизну куда-нибудь… А на Рябого я зря грешила. Он все сделал, чтоб выполнить приказ своего начальника. Разве что не умер.
Мимо телеги проскакали двое верховых. В поводу за ними шла запасная лошадь. Я легла и свернулась клубочком.
