Ее не замечал Коснятин и тот седой раненый воин с подводы, но я-то видела! Торжествуя победу, бурые жучки-пылинки извивалась на моей ладони. Кровь Бориса. А может, это была другая кровь? Кровь того, которого я так любила и так легко предала…
51
Журка опоздал. Сказалась обычная после болезни слабость. Поначалу он шел быстро, не чувствуя усталости, но потом стал все чаще останавливаться. Его знобило и мучил кашель. На четвертый день пошел дождь. Вода текла Журке за шиворот и хлюпала в сапогах, но он упрямо плелся по размытой дороге.
К Альте.
– Эй, посторонись!
Журка поднял голову и отступил к обочине. Колесо встречной телеги ухнуло в лужу и обдало его грязью. Возница придержал лошадей:
– Ослеп, что ли?! Чуть под копыта не угодил!
– Прости, задумался…
Журка разглядел на подводе людей. Они лежали голова к голове, до подбородков укрытые шкурами. На его голос некоторые повернулись.
– Чего невеселый? – поинтересовался один. – Победа!
Журка подошел к вознице:
– Откуда ты? .
– С Альты.
Промокший охабень возницы казался черным, и лишь сухая складка на животе оставалось светло-серой.
Журка старался не глазеть на это светлое пятно, но почему-то не мог отвести от него глаз.
– Как там? – спросил он.
– Окаянный бежал, – ответил возница. – Пленных забрал Ярослав и двинулся через Родню. А раненых поручили мне. Велено доставить их в Киев.
Журка разглядел бредущих за подводой людей.
– А Коснятин? – спросил он.
Старый священник упоминал посадника. С ним уехала Найдена…
Возница ухмыльнулся:
– Кому война, а кому и мать родна… Женится Коснятин.
А ты куда путь держишь?
Журка задумался. Куда он идет? На Альту? В Киев? В Новгород? Где нынче искать Найдену? И надо ли ее искать? Кажется, все страшное, о чем предупреждал сон, позади…
– Пожалуй, в Киев.
Возница удивленно причмокнул. Лошадь поняла сигнал по-своему: вздрогнула и двинулась вперед. Телега тронулась. Журка зашагал рядом.
– Посадник в бою невесту отбил? – продолжая разговор о Коснятине, спросил он.
– Какое там в бою! – Возница засмеялся.
– Наша девка. Безродная, а красива так, что глаз не отвести. И смелая… Сколько народу ей жизнью обязано! Махонькая, тоненькая, а пику схватила и под печенежскую саблю – лишь бы раненых уберечь!
Журку передернуло. Этот кошмар мучил его каждую ночь. Искаженное страхом лицо Найдены, ее огромные недоумевающие глаза, кривая сабля над ее головой…
– Посадник вовремя подоспел, – продолжал возница – Уберег ее. А после и жениться надумал. Повезло ему. Да и ей.
