К чему такой в рабы? И с виду не силен. Его не купят ни урмане, ни восточные люди. И к себе не приручишь. Ишь как сверкает глазищами! Нелюдь.
– Как звать? – требовательно спросил посадник.
Наемник не ответил. Стражник выскочил из-за спины Коснятина и сильно толкнул пленника в раненое плечо:
– Говори, сучий сын!
Наемник вздрогнул и… улыбнулся. Коснятин поежился.
«Нет, такого лучше не брать», – решил он.
– Бери, – вдруг посоветовал Ярослав. – Погляди, каков воин. Ему по ране лупят, а он смеется. Такого северяне с руками оторвут.
Коснятин задумался. В чем-то Ярослав был прав. Наемник обучен сражаться и не боится боли. Урмане хорошо заплатят за него.
– Ладно, – кивнул он. – Беру.
Слуги оттащили пленника к уже отобранным. Ярослав потянулся:
– Вот и все… Кончилось кровавое царствование. Теперь буду править мудро, как батюшка. Устал враждовать. Не желаю больше крови. Только отыскать бы тех бояр-предателей из Вышегорода, что убили Бориса. А то ведь затаились, твари, живут себе…
– Отыщутся, князь, – утешил его Коснятин.
"
"Посаднику не нравилось, когда Ярослав вспоминал об убийцах брата. Что было, то было, прошло, быльем поросло. Хотя иметь близ себя таких оборотней опасно… Помог бы князю вызнать имена извергов, да у кого?
Вечером Коснятин привел Найдену в княжий терем. Князь одарил ее шубой и пожелал счастья. А утром посадник с невестой собрались в путь. Пол-Киева высыпало к воротам.
Коснятин радовался, красовался перед людьми, и вдруг, откуда ни возьмись, появилась эта кликуша! Как снег на голову.
Ее крики и обвинения ничего не стоили, но Найдена… Казалось, она узнала безумицу, но промолчала.
Коснятина настораживали любые недомолвки, однако накануне свадьбы думать о дурном не хотелось. Он выехал из города и пришпорил коня. Телега с невестой осталась позади.
– Итиль! – догнал посадник одного из воинов. Когда-то давно этот старый сотник учил его владеть мечом и скакать на лошади. Теперь старик одряхлел и не годился для походов, но в память о былом Коснятин всегда брал его с собой.
Итиль остановил коня.
– Вернись и проверь пленных, – приказал ему посадник. – Особенно того, с волчьим взглядом. Натворит чего в дороге…
Итиль послушно поскакал назад. Коснятин проводил его взглядом и увидел невесту. Она куталась в меха и прятала лицо. Посадник улыбнулся. Печенежской сабли не боялась, а ветра испугалась… Он вспомнил битву на Альте, того печенега, огромные глаза Найдены и ее выставленные вперед руки.
