А сама-то ты как думаешь – верно они поступили или нет?
Я пожала плечами и повторила:
– Почем мне знать… Мое дело по земле ходить, песни петь. Мне ли судить княжьи заботы?
– Экая тихоня, – ехидно заметил кто-то из дружинников. – А как на площади орала? «Вперед, новгородские люди! Не пускайте князя! Крушите ладьи!»"
"– А ладьи-то денег стоят, – подхватил гортанный голос урманина.
– Денег не денег, а я думаю, девка была права, – вступился за меня Коснятин. – Святополк совсем обнаглел. Весь Владимиров род опозорил.
Приструнить его надо.
Молодец посадник! Я отыскала глазами Коснятина. Он чуть заметно улыбнулся и тут же посерьезнел, глядя в лицо подошедшему Ярославу.
– Приструнить? – фыркнул князь. – Быстрый ты. Как же я его приструню, если к нему на помощь идет польский король Болеслав? У Болеслава войско побольше моей дружины.
– Мы бы помогли тебе, князь, – неожиданно снова ввязался коротконогий северянин. – За хорошую плату. Ладьи-то надо окупить… У меня в хирде[31] человек сто, еще сотню могу позвать от своего родича Альва Хромоногого.
Два дня пути, и они будут в Новом Городе.
Ярослав задумчиво покосился на урманина.
– А ведь верно, князь. – Седой старейшина Нидим поднялся со своего места. Его морщинистые руки огладили длинную бороду. – Новгородцы за тебя постоят, денег соберут. Скажем, по две куны[32] с человека. Ведь соберем же? – Он обернулся к нарочитым. Те дружно закивали.
Надеясь, что обо мне забыли, я двинулась к дверям. Ярослав заметил:
– Ладно, о том подумаем, а ты, девка, погоди.
Я замерла. Все-таки не выпустил… А еще этот коротконогий урманин масла в огонь подлил! «Ладьи денег стоят»! Я, что ли, те ладьи рубила?
– За содеянное придется тебе расплачиваться, – негромко сказал Ярослав.
– Чем же ей платить, князь? – спросил Коснятин.
– Ты, посадник, сам сказывал, что у нее в Киеве и в Вышегороде много знакомцев…
«О чем это он?» – насторожилась я.
– Говорил, что ее знает главарь Святополковых наемников. И знает так хорошо, что даже отпустил ее с ладьи моего бедного брата Глеба… – Ярослав подошел ко мне: – Так вот, девка, выбор у тебя невелик.
Или плати мне за три ладьи, что по твоей указке разнесли в щепу, или…
Я взглянула ему в глаза. Глаза были холодными и жестокими. Сердце дрогнуло в дурном предчувствии.
– Или ступай в Киев, – закончил он.
Если б не Коснятин, я бы упала прямо в ноги новгородскому князю, а так лишь пошатнулась и обмякла на руках у посадника.
