Наложницы ненависти

Он молча подождал, пока любимый воитель Азаг-Тота подойдет к подножию трона, с минуту изучал тонкое, хищное лицо гиперборейца и только после этого внушительно произнес:

— Теперь ты понимаешь, благодаря кому оказался на Земле?

Гюнтер, который занял место у правой руки великого магистра, усмехнулся, Вероника опустила глаза.

— Единственное, что мне непонятно, так это то, почему я до сих пор жив, — не стал скрывать Элигор, яростно глядя прямо в глаза Леонарда. — Ты победил, чуд, радуйся. Каким-то, не знаю, каким образом, но тебе удалось склонить к предательству наложницу Великого Господина.

 — Гипербореец сплюнул. — Не думаю, что это было сложно — я всегда говорил Азаг-Тоту, чтобы он не доверял шлюхам, а он мне не верил. Теперь я в твоей власти, но не надейся, что моя ненависть погаснет.

— Честный ответ, — бесстрастно произнес де Сент-Каре. — Но я ждал чего-нибудь подобного от тебя, Элигор, в старых хрониках указывается, что ты был одним из лучших воинов Кадаф.

— Полагаю, это были навские хроники, — едко заметил гипербореец.

 — Не помню, чтобы я позволил хоть одному чуду бежать с поля боя.

По лицу великого магистра скользнул гнев:

— Пока ты не предложил мне ничего иного, — пожал могучими плечами Элигор и свысока посмотрел на Шайне: даже далеко не низкорослый мастер войны доходил гиганту едва ли до плеча. — А я не привык пресмыкаться. Азаг-Тот, да хранит меня его ненависть, учит нас пылать яростью, а не сочиться трусостью.

— Не слишком ли он фанатичен? — буркнул де Сент-Каре.

 — Нужно было вытащить из Бестиария более смышленого иерарха.

Вероника поджала губы.

— Мы и не хотим, чтобы твоя ненависть погасла, воин, — вкрадчиво произнес Гюнтер. — И уж тем более не желаем, чтобы сердце твое наполнилось страхом — на войне не нужны трусы.

— Ты предлагаешь мне подраться?

— Я предлагаю тебе подраться вместе с нами. Против общего врага.

— Кажется, чуд, ты спутал меня с Красной Шапкой, — холодно процедил Элигор. — Я не наемник.

— И у нас есть то, что тебе нужно. — Шайне, сделавший вид, что не услышал ответ гиперборейца, достал из кармана камзола ампулу с бесцветной жидкостью.

— Что это? — презрительно спросил краснокожий гигант.

— Золотой Корень, — улыбнулся мастер войны. — У нас много Золотого Корня.

— За это вы купили наложницу?

— И за это тоже, — подтвердил Гюнтер, бросив веселый взгляд на опустившую голову Веронику. — Поверь, ей нравится у нас. Понравится и тебе.