Нам нельзя (СИ)

Иногда нам становится стыдно за совершенные поступки, но понимаем мы это слишком поздно.

Прошло уже три дня, как я жестко отшила (а иначе это никак не назвать) Макара, и мне все еще больно и стыдно. Так вот, когда же это прекратится? Когда я перестану чувствовать себя так дерьмово?

Выбираюсь из постели, в которой провела полдня, и направляюсь на кухню. Хочу взять холодный сок и вернуться в комнату, чтобы продолжить бичевать себя за то, что вновь причинила людям боль своей жестокостью. Теперь-то мне ясно, что Макар не виноват.

Вчера поздно вечером вернулся Арсений. И как бы я ни пыталась избежать с ним встречи, он сам меня выловил в доме и чуть ли не зажал в темном уголке. Благо где-то поблизости ходила Лидия Павловна, и у Арсения не хватило наглости подставляться.

— И как у нас идут дела? — спросил он, с неприкрытой угрозой рассматривая меня.

Я, если честно, ожидала, что припомнит мне встречу с Макаром, но так за наш двухминутный разговор он ни разу не упомянул имени друга. Будто даже не знал, что мы встретились в парке и провели вместе едва ли не полдня.

Верилось с трудом, но я пока об этом еще не думала.

— У нас все нормально, — выдохнув, ответила, стараясь не смотреть на Арсения. Мне становилось жутко от его взгляда.

— Они все еще вместе, — фыркнул он, отступая, но все равно не выпуская меня.

— Может, мне за них подать документы на развод? Говорят, сейчас это делается просто…

— Черт! — сорвался он и тут же спохватился. Скользко улыбнулся и запустил пятерню себе в волосы.

 — Просто сделай это, и никто не узнает твой маленький секрет.

Возможно, Арсений сказал бы еще что-нибудь, но мы оба услышали чужие шаги на лестнице и, словно два напуганных щенка, разбежались в стороны. То есть отбежала я, а Арсений не спеша вернулся в свою комнату. Мое сердце в прошлый вечер едва не выпрыгнуло из груди.

Я слишком накручиваю себя.

Нужно думать об учебе, пора подавать документы, но вместо того, чтобы реально заниматься важными делами, я листаю сотни снимков и ищу Макара.

Кажется, он терпеть не может фотографироваться, потому что как итог — я нашла буквально десять фотографий, где он запечатлен в компании друзей. Арсений, как обычно, звезда, когда Макар остается в тени. И ведь я должна признать — меня все еще волнует, что Макар теперь думает обо мне. И кто, черт побери, дернул меня ляпнуть такое? Зачем я только рот открыла?!

Что за чертова реакция?!

— Уф, — протянула, откидываясь на гору подушек за своей спиной.