Нас воспитала война

И ни с кем другим.

— А ты не думаешь, что тебя могут просто убить? Зайдет тот же Жуков и пристрелит втихую, а?

Бабичев явно играл по сценарию своего бывшего заместителя, и Владимир понимал друга. По-иному поступать Николай не мог. У Боба положение несравненно сложнее и психологически тяжелее, чем у Лешего.

— Убить? — переспросил Владимир. — Вряд ли. Это они могли спокойно сделать и в лесу. Я им нужен. А значит, ничего не произойдет, по крайней мере до встречи с Королем. Ну а дальше посмотрим. Игра, Боб, только начинается.

— Ты молодец, Леший. Я бы так не смог. Молодец.

— Ладно тебе, закури лучше.

— Не хочу. На кордоне, слышал, Жуков человека оставил. Деда Матвея убрать.

— Очередная глупость.

— Решение, может быть, принято и правильное, с точки зрения бандитов, конечно, а глупо потому, что Матвей, узнав об опасности, ждать смерти не будет. Он хорошо вооружен, прекрасно ориентируется на местности, бывший разведчик, не смотри, что в годах. Так что уверен — банда Короля лишилась еще одного своего бойца.

Завалил старик киллера. На деда не надо было обращать внимание. Милиции он не доверяет, болтать лишнего не приучен. Сидел бы он на кордоне и никакой опасности ни для кого не представлял. А теперь, когда его задели и он ответил, в чем я не сомневаюсь, Король понес очередную потерю. И понесет еще, если вздумает вновь отправить на кордон убийц. Не взять им деда, не взять.

Лешин в душе сильно сомневался, расписывая неуязвимость старого Матвея, но, помня о «прослушке», говорил это исключительно для Короля.

В надежде, что тот прислушается и оставит деда в покое. Ведь старик на самом деле серьезной угрозы для бандитов не представлял.

— Володя, мне пора. Один вопрос — сейчас я встречусь с Татьяной, могу я сказать, что ты примешь условия, тем самым дав ей надежду на скорое освобождение?

Вновь устами Бабичева говорил Жуков.

— Передай ей, что я сделаю все возможное, чтобы вытащить вас отсюда. Все. И приободрись, Боб, будь мужиком.

— Передай там Жукову или еще кому, пусть принесут воды и еды.

Если, конечно, в их планы не входит уморить меня голодом.

Бабичев поднялся и медленно пошел к выходу. Леший посмотрел на часы и окликнул друга:

— Сейчас день или ночь?

Боб немного помялся и вышел из подвала.

Как-то все примитивно, подумал Владимир, оставшись один. Сначала Жуков, теперь Боб. И все несерьезно, по-дилетантски. Какую цель преследует Король, устраивая подобный балаган? Трудно сказать. Психологическая обработка? Но это не обработка, это — фуфло.