— Ничего ты не выбирала, — хмыкает Глостер, разворачивается и опять направляется к лесу. — Я остался один, кандидатур больше нет, а то тебя опять потянуло бы с кем-нибудь подраться. И по факту, это я выбрал. Ты, кстати, была редкостно покорная, на все согласная, едва дышала."
"— Да не вопрос, — согласилась я, — покорная так покорная. И теперь послушно въеду на тебе в Гнездо. Жаль рубашка полностью порвана и трость Джеза где-то потеряла, а то, представь — въехала бы подбоченившись и по боку тебя палкой понукала.
— Сейчас скину.
— Нельзя. Я болею. И вообще — невеста. Считай, несешь на руках.
В Гнездо, прямо на поляну с ожидающими группками гостей, мы вошли, двигаясь рядом. Я завязала рубашку узлом на животе, по которому тянулась едва заметная белая нитка шрама. Положив руку на бок надменного серого гиганта, каким-то немыслимым образом сумевшего изобразить обычную ленивую манеру старшего Глостера.
Встречали нас недоуменным перешептыванием. После драки Альф столы уже привели в порядок, и сейчас гости поднимались из-за них, один за другим.
Когда мы с Гэбом приблизились к центру поляны, хаотичные шумы и говор начал сменяться нарастающим воодушевленным ревом оборотней. Никто еще не понимал, с кем именно я вернулась, но увиденное существо всех приводило в восторг.
И мое подозрение в уникальности формы волка наконец получило подтверждение.
— Кто? — выкрикивали со всех сторон. — Кто это?
— Волк, — гордо сказала я, подойдя к тенту, под которым стояли Зейн и миссис Химена. — Настоящий. Гэбриэл Глостер, мой избранник.
Я добралась до Стоктона, стала самостоятельной драконицей. А затем решила его выбрать. А он меня. В общем, обоюдный выбор.
Чувствовала я себя здоровой, но уставшей, слова несколько путались и на всякий случай я держалась за серую шерсть. Поэтому ощутила рукой, когда он начал меняться.
Тело оборотня дрогнуло, мигнуло двойным контуром, человеческим и звериным. Но обошлось без киношной жести с судорогами и сукровицей, когда вервольфов из фильмов прямо выкручивает и ломает во время превращения.
Нет, магия работала не так. Дрожащее марево в воздухе, и рядом со мной уже возвышался крепко стоящий на двух ногах мужчина. Голый. Красивый, между прочим, молодой мужчина, уже ангажированный и, пусть временно, но обрученный.
Восторженные женские восклицания не заставили себя ждать.
Елки-моталки! Я, стараясь не смотреть вниз, стащила с плеча сумку с припасами и прикрыла Гэба. Буквально припечатала его, закрывая нетуристические достопримечательности.
