Больше я не выдерживаю!
На импульсе выключаю телевизор и швыряю пульт в стену.
Хрясь!
Начинаю быстро семенить из одного угла в другой, пытаясь успокоиться. Меня всю колотит от ярости.
Ярость?
Или ревность?
Ох нет!
Ошиблась я, ошиблась.
Он всегда был и будет чертовым бабником!
Вон как улыбнулся, когда сисястая блонди обслюнявила ему щеку.
А Веры на горизонте я не видела!
Ну и как это понимать?
Аррр!
Как меня все это раздражает!
Никакого ему примирительного ужина!
Борису всю вкуснятину приготовлю!
Не достоин, Мироша.
Не проходит и пары секунд, как в комнату влетает Борис с пистолетом в руках. Отточенными действиями начинает осматривать каждый угол в комнате, проверяя обстановку.
— Что за грохот был?
— Да так… — уныло вздыхаю, пытаясь не заплакать. — Просто пульт решил покончить жизнь самоубийством. Неважно… — отмахиваюсь я. — Знаешь что, а пойдём я тебе плов приготовлю. Всё равно делать нечего. Ну, Борис, плов любишь?
— Простите, я на работе! — вытянулся как свая.
— Опять ты начинаешь! — скучающе зевнула я и поплелась на кухню.
— Мне жутко скучно! Давай я всё же накормлю тебя, я ведь люблю готовить.
Хороший он мужик, не то, что некоторые…
Надо чем-то голову побыстрей занять, да злость выпустить.
Надеваю фартук, принимаюсь за дело.
Борис неловко мнется на пороге кухни, будто сомневается.
Старалась, планировала вечер, надо было ему за секунду всё испортить.
— Не боись! Хозяин про меня вообще забыл, вон как развлекается с девицами на вечерах великосветских! Он вспомнит обо мне лишь когда рожу.
— Скрипя зубами я принялась очень даже агрессивно резать мясо на кусочки, представляя, что кусок мяса — это Мироша.
На тебе, на тебе!
Это за тех куриц сисястых!
Через час мы садимся ужинать.
Мне всё-таки удалось усадить Бориса за стол и наложить ему целую тарелку фирменной вкуснятины.
Смотри, Мироша, что ты потерял!
Борис ест с таким удовольствием, что за ушами трещит.
А запах какой… На всю квартиру.
Я специально вытяжку не включала.
Пусть соседи завидуют.
Сама я немного прихорошилась, даже слегка подкрутила волосы на плойку. Борис в последнее время начал на меня с заметным огоньком в светло-серых глазах поглядывать.
Неплохой он мужчина.
Может у нас бы с ним и вышло что-нибудь…
Если он испытывает ко мне хоть немного тёплых чувств.
— Ну как, вкусно?
— Честно, пальцы можно съесть…
— Ну кушай, кушай. Добавки?
— Нет, спасибо, мне хватит, — жуя бегло тараторит он, — Мирон Маркович мне вообще запретил нарушать устав.
