"
"Радван был одним из лучших охотников. Он мог чуять добычу на расстоянии десятком километров. И при этом оставался незамеченным.
Так какого хера он упустил воспитательницу?!
— Ка-а-ак? — Собственное рычание звучало звериным ревом. Я понял, что с трудом удерживаюсь в человечьем обличье.
— Я держался на расстоянии, как вы и приказывали. Не упускал ее из виду. Но…
За этим проклятым «но» крылась какая-то херня, от которой мне хотелось крушить все вокруг.
— Не знаю, как объяснить…
— Да уж как-нибудь объясни!
— Она вошла в полосу тумана, и я ее потерял.
Все это звучало идиотской шуткой. Берсеркера не мог сбить какой-то гребаный туман. Не мог!
— Как ты умудрился ее потерять?! — Я уже рычал, едва разбирая собственный голос.
— Ее запах исчез… — По голосу я слышал, что Радван в недоумении. — Я не чуял ее. Запах просто оборвался.
— Ты же понимаешь, что такого не может быть?! А шаги? Ты должен был идти за ней! Как угодно!
— Когда она вошла в туман, я перестал ее слышать… Не знаю, как такое могло произойти, но… она как будто перестала существовать.
Я обшарил все кругом. Ни следа.
Это было очень плохо. Так не должно происходить. Какой, к черту, туман? Нам никогда это не мешало. Я почуял аромат Марины на другом человеке. Происходило что-то до ужаса херовое.
— Где ты сейчас? — Я посмотрел на часы. До нашей встречи еще оставалось время. Не будет ничего страшного, если я приеду раньше.
— Обследую окрестности. Пытаюсь выйти на след.
Ее адрес навсегда отпечатался в мозгу.
Мне даже не нужно было смотреть в бумаги — скупые строчки ее биографии казались выжженным клеймом в голове. Я мог рассказать их наизусть.
Я продиктовал ее адрес Радвану:
— Быстро туда. Просто наблюдай. Я скоро подъеду.
— Будет сделано.
Я сбросил разговор и быстро переоделся. Не знаю почему, но меня сводило с ума дурное предчувствие. Ну что такого могло произойти? Ничего. Она обычная девушка. Воспитательница со скучной предсказуемой жизнью. Но меня все равно потряхивало от ощущения копошащихся под кожей червей.
Они точили изнутри, изгрызая нутро страхом, что я могу потерять ее, едва обретя.
Мне хотелось подготовить для нее идеальный вечер. Чтобы все было красиво, необычно, так, как она того заслуживала. Я хотел дать ей время привыкнуть ко мне. Хотел создать иллюзию своей нормальности, хотел привязать ее к себе. И потом, возможно, она полюбит меня. Хоть это и было последнее чувство, в которое я верил. Я бы стал для нее необходимым.
