Наследница в алых шелках

– Значит, теперь моя очередь?

Она привстала, потом снова опустилась.

– Так совсем иначе. Тоже очень приятно, но как-то по-другому.

– Все способы это делать. Каждый по-своему отличен.

Она снова привстала, но, опускаясь, сдвинулась так, что он ощутил ее остро, словно ласку руки в бархатной перчатке.

– О, тебе понравилось. Я же вижу. Это хорошо. – Она снова попробовала.

Кевин стиснул зубы, чтобы она могла поиграть подольше, если ей хочется, но он был близок к завершению игры. К счастью, собственное желание заставило ее ускорить движения.

Она закрыла глаза и стала наслаждаться своими толчками и озорными покачиваниями из стороны в сторону. Словно дикарка, она скакала на нем, запрокидывая голову с дрожащими локонами, ахая каждый раз, когда очередное движение возносило ее все выше.

Он пропустил руку между их телами, чтобы коснуться места, где они соединялись. Как только он коснулся ее там, она потеряла над собой контроль и принялась вновь и вновь вскрикивать, словно о чем-то моля, а потом, изогнувшись, прижалась к нему и напряглась, когда отчаяние сменилось трепетом.

Взяв ее за бедра и потянув на себя, он перенял инициативу и резкими, долгими толчками догнал ее на ослепительном пике удовольствия.

Розамунда спустилась по лестнице, одетая для выхода. Они с Кевином условились встретиться в саду гостиницы для легкого завтрака.

Она уснула, чувствуя себя новым человеком. А проснулась сама собою, но все же изменившейся. Окидывая взглядом сад, она призналась себе, что подумала о Чарлзе всего два-три раза, пока одевалась.

Тупая боль, вызванная этими воспоминаниями, вскоре тоже прошла.

Она не чувствовала вины за свое непостоянство. Или за свою эскападу с Кевином. Ночь была великолепна и доставила ей массу удовольствия. Она заблудилась, а он помог ей найти дорогу. Никто, в ком есть хоть капля доброты, не подумает о ней плохо потому, что она навлекла на себя это дивное сумасшествие.

Вопрос в том, надо ли позволить ему повториться.

По всему саду стояли столики.

Из ваз и кашпо струилась цветущая весенняя зелень. Стены и беседки были увиты плющом. Она не могла представить себе более чудесного места для завтрака.

Кевин уже сидел за столиком, попивая кофе. Она замешкалась. Что обычно говорят после такой ночи?

Он заметил ее и встал, так что ей пришлось двинуться к нему, прежде чем она нашла ответ на свой вопрос. Он выглядел почти как обычно, вот только улыбка казалась теплее, чем раньше.