Наследство

Петр же не испытывал такого удовольствия.

— Суховато пирожное. Вот мы в Вене были!.. Там и кофе очень вкусный, и пирожные, которых больше нигде в мире не попробуешь!

— Ну, мы не в Вене, поэтому довольствуйся тем, что есть, — парировала Яна.

— Что будем делать, когда допьем кофе? — спросил Петр.

— Мне надо съездить в одно место. Ты остановился в гостинице? Я заеду к тебе потом.

— Я так давно тебя не видел, что не хочу расставаться ни на минуту. Я поеду с тобой, — вызвался Петр.

— Путь не близкий. Надо ехать автобусом.

Это моя абсолютно заброшенная дача, но в подвале есть кое-что, что я хочу забрать, — пояснила Яна.

— Да не вопрос! Я поеду куда скажешь! Кстати, забыл тебе сказать, что ты выглядишь потрясающе. Намного лучше, чем с момента нашей последней встречи.

— Надо думать! — рассмеялась Цветкова. — Меня больше никто не пытался покалечить. Я даже думаю, что Степан Сергеевич специально казался таким простачком, а там кто его знает… Может, он специально выстрелил в меня из петарды и закрыл в холодильной камере, сыграв сердечный приступ.

— Зачем? — не понял Петя.

— А чтобы я убралась куда подальше и не совала свой нос в чужие дела. Когда совесть не чиста, такие люди рядом не нужны. Ты допил кофе? Поехали на дачу.

Когда они протряслись час в автобусе и прошли примерно три километра пешком, довольное лицо Петра несколько изменилось.

— А вот и наша дача, — сказала Яна, открывая покосившуюся калитку.

— Да… — огляделся Петр, — как тут все запущено. Матушка Россия…

— При чем тут матушка Россия? — спросила Яна.

 — Пока отец был жив, дача содержалась в полном порядке. Во времена Советского Союза каждая семья должна была иметь заветные шесть соток. Отец у меня был плотником, что немаловажно. Потом он умер, я уехала в Москву, а мама — эфемерное существо — никогда не тянулась к земле. Вот тут все и пришло в запустение. Здесь у нас росли кусты смородины, здесь красная рябина… здесь черноплодка. Никто за садом не ухаживает. А раньше собирали и вишню, и сливу, и яблоки нескольких сортов. Эх, ностальгия!

— А соседи есть? — спросил Петя.

— Есть, конечно! Одних я даже очень хорошо знаю, но они сюда приезжают чуть позже, в мае. Сейчас мы здесь одни, я уверена.

— Странно, а я видел следы, причем свежие…

— Где? — спросила Яна.

— Да вокруг дома, там, где еще снег лежит, — ответил Петр.

— Бомжи… их здесь много, шатаются по участкам, выискивают что-то, — с уверенностью заявила Цветкова. — Я же тебе не все рассказала.