Назови меня своей

И хорошо, потому что смотреть ему в лицо, наверное, сейчас было бы крайне сложно. Щёки горели так, что об них можно спички зажигать, пальцы дрожали, а взгляд не отрывался от кровати. Тело охватила нервная дрожь, я облизала пересохшие губы, на несколько мгновений позабыв о моих хозяевах — ровно до момента, пока руки старшего вампира не обвились вокруг моей талии.

— Лёля, ты доверяешь нам? — выдохнул он на ухо требовательным тоном, щекоча тёплым дыханием шею, и по рукам скатилась лавина мурашек.

Что скрывается под этим вопросом? Что они придумали для меня? Имею ли я право голоса и сказать «нет», если что-то не захочу делать?.

. Сердце скакнуло к горлу, я нервно стиснула тонкую ткань платья и глубоко вздохнула, как перед прыжком в воду. Шёлк скользнул по раздразненным вершинкам, и на кожу будто брызнули горячие капли. Из-за спины выступил лорд Валентин с хитрой и одновременно нежной улыбкой, его серебристо-серые глаза блестели в полумраке спальни, отливая багровым, и мне показалось, кончики клыков стали чуть длиннее. Руки он держал за спиной.

— Лёля? — мягко позвал носфайи, подняв бровь.

Я посмотрела ему в глаза и решилась на уточнение:

— А… если не совсем, милорд? — голос вышел тоненьким и дрожащим, слабым.

Ладони лорда Мартина поднялись по моему телу и легли на грудь, слегка помассировав её. Соски тут же вспыхнули, их словно сотни иголочек закололи. Я прерывисто вздохнула, с колотящимся сердцем дожидаясь ответа.

— Придётся научиться, Лёля, — голос лорда Мартина стал серьёзным, он не прекращал поглаживать мою грудь, от которой по телу растекалась слабость и жар.

 — Как только мы почувствуем, что ты по-настоящему боишься, остановимся.

Лорд Валентин всё с той же улыбкой вывел руки из-за спины и… я увидела, что он держит длинную полоску чёрного бархата.

— Руки тебе некоторое время не понадобятся, крошка, — вкрадчивый, обволакивающий шёпот его брата отозвался дрожью в натянутых до предела нервах, и я невольно сглотнула, не сводя напряжённого взгляда с материи.

Боже. Меня опять свяжут?!

Лорд Мартин убрал руки от моей груди и отступил на шаг, пока я пыталась совладать с гремучей смесью паники и предвкушения, захлестнувшей с головой и выбившей весь воздух из лёгких. Пальцы старшего вампира медленно провели вдоль моего позвоночника, и неожиданно это отвлекло, тело слегка выгнулось, а глаза сами прикрылись. За прикосновением словно оставался след, как от кусочка горячего шоколада, тающего прямо на коже.