Назови меня своей

Сколько он там стоял и сколько видел из того, что тут происходило? Я не нашла в себе сил посмотреть на младшего вампира, чувствуя, как отчаянно краснею в который раз за этот длинный вечер. Даже мелькнувшая вялая мысль о том, что же именно приготовил лорд Валентин, не помогла отвлечься от смущения, затопившего с ног до головы. Смешавшись с волнением, до сих пор будоражившим кровь, оно образовало пряный коктейль, растеклось по телу волной слабости, и я даже с облегчением поспешно села обратно в воду, повинуясь жесту лорда Мартина.

С помывкой он закончил быстро, и как показал быстрый взгляд в сторону двери, его брат сидел и наблюдал со странным выражением нежности на лице. Смыв с меня пену, старший вампир взял с крючка большое махровое полотенце и снова велел подняться.

— Выходи, — последовало краткое приказание.

Не отрывая взгляда от коврика на полу, я переступила бортик и замерла, дожидаясь, пока лорд Мартин насухо вытрет меня. Эмоции, разбуженные нескромными прикосновениями, не исчезли, они ушли вглубь сознания, затаились, готовые выплеснуться разноцветной волной в любой момент.

И что послужит спусковым крючком для них, я не могла предугадать. Как и того, что задумали для меня мои хозяева. Повесив полотенце обратно, лорд Мартин взял за руку и потянул к выходу.

Я хотела было спросить, не дадут ли мне хотя бы халат, но наткнувшись на многообещающий взгляд лорда Валентина и его довольную ухмылочку, поняла, что ответом мне будет «нет».

Пришлось подчиниться без лишних слов и вопросов. Внутри зрела уверенность, что время развлечений закончилось — для меня, по крайней мере, уж точно.

В моей спальне царила уютная полутьма, в камине горел огонь, бросая оранжевые отблески на стены, шторы плотно задёрнуты. Лорд Мартин встал так, чтобы загородить от меня кровать, и я поняла, что те самые приготовления, о которых говорил его брат, именно там. Однако даже выглянуть из-за его плеча не было возможности — я чувствовала себя ужасно неуютно под внимательными, изучающими и горевшими откровенным восхищением взглядами вампиров.

Хотелось обхватить себя руками, прикрыться, по коже то и дело бегали мурашки, а в голове метались воспоминания того, что недавно происходило в ванной.

— А теперь, Леллиаль, поговорим о твоём наказании, — голос лорда Валентина, неожиданно мягкий, ударил по натянутым до предела нервам не хуже громкого окрика.