Это, наверно, было справедливо, и выросшая при казарме Ирри понимала такой суровый воинский уклад… Но сама бы ни за что не хотела жить вот так, на колесах, постоянно перемещаясь, постоянно переживая за своего мужчину и своих детей. К тому же, братья почему-то упорно не рассказывали, как живут женщины в их тейпе, а Ирри не задавала нужных вопросов. Верней, задавала, но, судя по всему, как-то не так, потому что братья охотно рассказывали про свое детство, полное опасностей и приключений, потому что они его проводили в постоянных разъездах, про обычаи и праздники, но вот про женщин… То ли не считали эту тему важной и достойной рассказа, то ли что-то скрывали…
Так что за три дня путешествия Ирри узнала много чего про жизнь мужчин в Степи и вообще ничего про жизнь женщин.
И это наводило на мысли…
А, когда они приехали в столицу, все вообще завертелось с такой скоростью, что и встретиться-то лишний раз не получалось, что уж говорить про беседы…"
"Братья сдали ее на руки лорду Ассандру, а тот препроводил смущенную и немного растерянную от такой резкой перемены мест Ирри сначала в покои во дворце, а затем, после того, как Ирри привели в должный вид, на аудиенцию к императору.
Там Ирри узнала, что с ее отцом произошла трагическая ошибка и все виновные понесли заслуженное наказание, генералу Саввону вернули все звания и награды, а его дочерям — достойное их содержание и места при дворце в качестве компенсации.
Ирри настолько была ошеломлена, что даже не смогла ничего ответить, приличествующее моменту.
Она снова стала той, кем была — дочерью орденоносного генерала Саввона, да и к тому же, богатой наследницей, потому что вместе с регалиями генералу выделили еще и земли, с которых шел неплохой доход…
И надо бы радоваться этому… Ведь все, о чем Ирри мечтала: оказаться в столице, вести жизнь, соответствующую ее статусу… Все это начало сбываться.
Вот только цена за эти сбывшиеся мечты оказалась слишком высокой. Неподъемной. Да и так ли хороши были эти мечты?
Ирри не могла сказать теперь, после всего, что произошло.
Резкая перемена в ее положении сказалась и на отношениях с близнецами. Она просто не видела братьев больше, после возвращения.
Во дворце они не появлялись, говорили ли они с императором, как планировали, Ирри не знала… Она, уже привыкшая к постоянному оберегающему, поддерживающему их присутствию, внезапно оказалась опять одна. Даже Воронок пропал, словно выполнив свою миссию по возвращению блудной дочери генерала Саввона.
