Как и пять дней назад, идея общего дома кажется слегка сумасшедшей, но каким-то невероятным образом она улеглась в моей голове!
Я не думала.
Ни. О. Чем.
Мне чертовски сложно думать о будущем, когда все мои мысли, чувства и желания сконцентрированы на настоящем. Только здесь и сейчас. Больше ничего не имеет значения.
Что может быть более настоящим, чем мы прямо здесь и сейчас? Чем мы и наш сын?!
“Вы самое настоящее, что у меня есть. Самое настоящее, Маша…”
Смысл его слов… те смыслы, которые он в них вкладывал, в эти дни открылись для меня во всей своей четкости и ясности.
Это то, чего он хочет. Проводить время с Леоном, заниматься своим проектом. Вчера он купил тот объект и впервые в жизни стал землевладельцем. Именно так он описал свой новый статус, и от него он получает удовольствие. Он получает удовольствие от того, что каждое утро сын забирается в нашу постель, иногда мне кажется, что касаться Лео само по себе представляет для него особую ценность, и это делает меня чертовски счастливой."
"Кажется, я теряюсь во всем этом.
Да, теряюсь! Я перестала ощетиниваться на мир вокруг. Именно это я делала, всегда помня, сколько в мире дерьма, даже несмотря на то, что и прекрасного в нем не меньше, а теперь чувствую себя так, словно все мои шипы превратились в кисель, ведь им не тягаться с шипами Кирилла Мельника, а он… даже во сне не бывает беспечен к миру вокруг…
Присев на подоконник, Кирилл терпеливо ждет, пока соберу все свои впечатления и мысли в кучу, ведь этот осмотр для меня неожиданность.
Эмоции окутывают, как сладкий дым.
Их во мне море!
Полосы света падают на пол и стены. Мне нравится планировка. Нравится концепция. Нравится и огромная кухня, на которой наверняка безумно приятно готовить, и гостиная с электрическим камином…
Посмотрев в глаза Кирилла, говорю:
— Да. Хочу.
Глава 42
Маша
Мы возвращаемся в мою квартиру за час до того, как няня приведет Лео с прогулки.
Свободное время, которое сын мне давал, я никогда не ценила так, как теперь, в эти дни, которые мы прожили вместе с его отцом в общей “тесноте”.
В ней все крутится вокруг Леона — это его отец понял и принял сразу — распорядок Лео, под который подстраиваемся даже сейчас, когда, закрыв за собой входную дверь, Кирилл дергает меня за юбку платья и тянет к себе.
Со смехом я ставлю подаренную Дашей корзину мимо комода, и тут же о ней забываю. Нетерпеливый улыбающийся рот Мельника накрывает мой в жарком требовательном поцелуе, от которого все мысли выносит из головы жаждой касаться.
