Их заново не исследуешь, но документацию и расшифровки обязательно проверю.
— Тимур! — отец даже ударил по столу. — Ты что несешь?! Альберт — прекрасный врач. В таких вещах разбирается, — посмотрел на меня пронзительно остро. Да, один раз его прогнозам не поверили и… Зря. — Если он поставил диагноз, значит, так и есть. Просто не проявилось. Умственная отсталость какая-нибудь…
Я резко поднялся. Посмотрел на него, как на умалишенного. Что он такое говорит?!
— В общем, пусть мальчика обследуют, осмотрят и дадут заключение о здоровье и развитии, только после этого приму его как внука.
О, старческое слабоумие, похоже, подъехало. Даже Альберт Ромович удивленно вскинул брови с проседью, глядя на отца с недоумением.
— Пап, тебе бы самому не мешало на обследование, — оставил сигару тлеть в пепельнице и двинулся к выходу.
— Тимур, вернись! — услышал грозное, но я никогда не был послушным мальчиком.
Есть не стал. Не хочу. Пропал аппетит. Шрека забрал и помчал в лофт. Шмотье собрать нужно: и его, и мое. В доме остались мои вещи, но им уже три года, выбросить все нужно.
Я оставил собаку в машине и поднялся к себе. Достал чемодан и побросал необходимое на первое время. Помощнице скажу, чтобы наняла людей заняться моими костюмами, обувью, галстуками. По сути, в лофте ничего личного и нет. Так, перевалочный пункт. Главное — это корм, миски и лежанка Шрека. Нет, главнее его витамины! Ветеринар сказал давать для бодрости каждый день. Семь лет песелю, нужно следить за здоровьем.
Уже хотел выходить, как Марат позвонил.
Обсуждали, как мне лучше признать Егора официально. Друг должен устроить это в кратчайшие сроки. Все связи подключить.
— Смотри, — раскладывал на пальцах, — можно через суд доказать отцовство, но год с момента рождения прошел, поэтому нужно письменное согласие Ангелины. Либо ты усыновишь собственного сына. Тоже, естественно, с согласия матери. В первом случае сдаем биоматериал. Во втором хватит документов и вашего обоюдного согласия, но выдадут свидетельство об усыновлении.
"
"— Стоп, — тормознул я, — это ж мой сын! Мне нужно, чтобы все было четко. Чтобы у Егора никогда не возникло вопросов к его рождению и моему отцовству. С Ангелиной поговорю.
Сегодня же. Ночью.
— Ладно, братишка, мне бежать нужно. У меня Шрек в машине. Наверное, обоссал все.
И так засиделся. Егор, вероятно, спит уже.
Приехал домой в одиннадцатом часу. Чемодан оставил в коридоре. Шрека выгулял во дворе, убрал дерьмо за ним и отправил на кухню лопать корм.
