— Я протестую! Ты не можешь заставить меня! Это репродуктивное насилие!
Изар изгибает бровь, явно впервые услышав определение того, чем он тут занимался с Дариной.
— Слишком много ты в последнее время читаешь чего-то неправильного, — делает он вывод.
— Это тебе бы не мешало просветиться, — фыркаю я. — Отпусти.
— А ты, как я вижу, хочешь умереть? — он отпускает меня. — Я не позволю тебе этого сделать, и неважно, что ты об этом думаешь.
Поджимаю губы и молчу. Разговаривать бесполезно, надо бежать. Только как и куда?
Может, притвориться, что я всё осознала и поняла, буду послушной овечкой, и вытребовать прогулку? Куда-нибудь в порт, на воду посмотреть, а там сбегу и спрячусь на корабле.
Ведь если тут море, значит, должен быть и порт…
— Я понимаю, — опускаю я взгляд, а потом смотрю на Изара из-под ресниц. — Просто мне нужно время.
Он не отвечает, лицо словно каменеет, и я даже не пойму, сработала ли моя игра или нет. А может, ещё больше разозлила? Ведь настоящая Дарина его обманывала.
Изар перекладывает с себя меня на кровать, а сам встаёт.
Ловлю себя на том, что откровенно любуюсь его широкой спиной и тем, как перекатываются на ней мышцы. Изар неспешно надевает рубашку и штаны, уходит в ванную комнату.
Вот совсем с этим драконом ничего не понятно. Пока его нет, я нахожу простое, наверное, домашнее платье, одеваюсь. Сажусь перед туалетным столиком и причёсываюсь. Изар возвращается, застаёт меня за этим занятием, и его брови поднимаются. Удивлён? Чему?
Не хочу смотреть на мужа, но то и дело поглядываю через зеркало.
Он заканчивает утренний марафет, застёгивает рубашку и надевает жилет.
— Изар, — не выдерживаю я. — Я бы хотела прогуляться…
— Нет, — отрезает он, даже не дослушав.
— С тобой. Тебе не кажется, что для здоровья будущей матери плохо сидеть в четырёх стенах?
— То есть, ты уже согласна на ребёнка? — хмыкает он. — Быстро же. Стоило только вылить настойки и отрезать тебе все контакты.
Он приближается, разворачивает меня на стуле и нависает, чуть ли не касаясь любом моего лба.
— Не получится. Я доверял тебе, как своей жене, и ошибся. У тебя больше не выйдет водить меня за нос.
Чёрт. Я не привыкла лгать и юлить, и, видимо, получается у меня не очень.
— Я хочу ребёнка, — с обидой отвечаю я, — но не от тебя.
Ноздри Изара раздуваются, он шумно вдыхает и выдыхает. На шее увеличивается и пульсирует жилка.
— Не от того, кто держит женщину взаперти и заставляет… всякое, — продолжаю я.
— Ты сама на это согласилась, — сквозь зубы говорит он.
