Пусть вызовут полицию и заведут дело о вандализме. А заодно поинтересуйся, куда делась охрана? И как они могли допустить такой разгром? Здесь явно не за полчаса управились.
За руку волоку чумовую девчонку к Поршу. Слава богу, хоть не упирается, а понуро бредет сзади. И лишь когда мы оба оказываемся в теплом салоне моего автомобиля, спрашивает робко.
- А вы точно уверены, что это была ловушка? На меня же никто не напал.
- Не успели, - пожимаю плечами. – Я почти сразу подъехал. Кстати, скажи спасибо! В любом другом случае подумал бы на тебя.
Вскидывается испуганно и молчит. Знает, зараза, что виновата! А мне тогда еле-еле удалось успокоить мать и Марго. Обе истерили, как ненормальные. Да я и сам чуть умом не двинулся, когда на только-только установленном памятнике увидел замазанную грязью фамилию «Агурский».
- Это ведь ты тогда запачкала памятник? – спрашиваю, усмехаясь недобро. – Не отпирайся, больше некому.
- Исправила ошибку, - лепечет еле слышно. – Паша был Демин. И мы с Асей Демины.
- Когда вы только успели пожениться?
- Какая теперь разница? – вздыхает она и замолкает, отвернувшись к окну.
«Даже спасибо не сказала! – негодую мысленно. – Вот так, мчись на помощь. Спасай. Стерва маленькая, ты мне за все ответишь!»
Искоса смотрю на красивое девичье личико и снова чувствую, как становится тесно в штанах.
Нужно как-то по-быстрому обломать эту заразу. Жениться поскорее. Тем более, паспорт у меня. Что тут думать, трусить надо!
27. Под контролем
Аня
Стараюсь не думать о ловушках и прочей дребедени.
Скорее всего, Агурский нагоняет страху. Ну кому придет в голову вызывать меня на кладбище вечером? Кошусь на сидящего рядом Глеба. Он рассержен. Вон, зубы сжимает и лоб хмурит. И движения какие-то нервные. Опять я виновата! Но ничего не могу поделать. Жить по правилам Агурского я не собираюсь. Не на ту напал, дядя!
- Ася уже дома, или нам нужно заехать за ней? – спрашивает он ненароком и накрывает своей ладонью мою.
Чувствую, как меня накрывает волной жара. Предательского и пульсирующего.
- Мама забрала, - лепечу, стараясь унять поднявшееся желание.
Закусываю губу. Сейчас главное – не думать о сидящем рядом мужчине. Естественно, я не стану жить монашкой. Но и Агурского в роли любовника не представляю.
Только не он!
Большой властный человек внушает мне страх. Но иногда к этому страху примешивается и желание провести ладонью по мрачному лицу. Разгладить морщинки.
