В то время у меня голова была забита ножами и новыми приемами. Ударами, подсечками...
- А ты знал, что на свете есть такая страна - Амодар?
- Нее. Я и о Доугэнне тогда толком не знал, не то что о каких-то чудных странах.
- А я только-только родилась, когда... наша страна обидела вашу, - сказала она тихо.
- О, да ты уже старушка, - засмеялся Веч и притянул её к себе.
- А о Доугэнне узнала в школе, и о том, что с вашей страной разорваны все отношения. А как вы жили после бойкота?
- Как жили? - задумался Веч, выписывая пальцем загогулины на нежной коже.
По-разному. Церкал* отца занимался разведением скота, семья матери преуспела в торговле специями. Победа в бохоре стала формальностью, после которой отец ввел сына в клан. На спине Веча поселилась роскошная самка снежного барса, а сам он раздувался от важности.
- Ну-у, мы жили...
Торговали с ривалами, те охотно брали нибелим и аффаит, предложив взамен опыт и знания для развития Доугэнны. Нет уж, хватило с лихвой сотрудничества с соседями-зазнайками.
Сами разберемся, как нам встречать рассветы и провожать закаты, - ответили отказом ривалам.
И переменили своё мнение, прослышав, что зазнайки покатываются со смеху, сравнивая отсталую страну с рассохшейся телегой, у которой колеса вросли в землю по оси, а сами облизываются на богатства Полиамских гор.
- ... жили...
Не сразу заскрипели колёса телеги, и она сдвинулась с места. Гордость и самолюбие толкали вперед, а предубеждения и косность тянули назад. В церкале отца заработала мясоперерабатывающая фабрика, возле дома матери открылась медицинская школа, а учёба стала обязательной повинностью, начиная с восьмилетнего возраста.
- ... жили...
Мечтали, рисковали, влюблялись и были предаваемы любимыми. Бунтовали. Назло и из упрямства ушли из отцовского дома. Крепли. Умнели. Закалялись как сталь. И стали теми, кто мы есть сейчас.
- ... как-то так.
- Да-а, очень интересно, - хмыкнула она разочарованно.
- Нынче из меня плохой рассказчик, - признал Веч благодушно.
Потому что лень и неохота тратить время на пустые разговоры.
Мехрем и без них найдет ответы на свои вопросы... в Доугэнне. Точнее, своими глазами увидит, как жила страна все эти годы и чего достигла.
Вместо болтовни можно заняться более приятными вещами, вдвойне актуальными в свете предстоящей разлуки. Веч получил вызов из генштаба об участии в ривало-доугэнской комиссии по установлению новых границ между двумя странами. Участие почетно, зато работа предстоит муторная и затяжная.
