Ненавистная жена

В те давние времена сам Король на этой площади благословлял молодых, выбрав для этого день после рождения молодой луны, символизирующей начало новой жизни, поэтому на площадь со всей округи съезжались пары влюбленных. И хитрый Лазар решил спрятать свою Софи среди других невест, чтобы колдунья не смогла ее найти, пока не совершится обряд благословения.

Так и случилось. Ведьма не смогла найти невесту Лазара среди девушек и очень огорчилась. А, рассердившись, она обратила их всех в голубок и подняла в небо, чтобы ни одна невеста не досталась своему жениху.

Долго кружили голубки над Собором и площадью, и пожалел их Король. Его доброта и благочестие оказались настолько велики, что решился он бросить ведьме вызов. И пообещал, что если хоть один из парней отыщет среди голубок свою невесту, то сила их любви снимет проклятие со всех девушек и развеет ведьму по ветру.

Женихи старались. Они по очереди поднимали на ладонях хлебные крошки и пшеничные зерна, призывая своих невест спуститься к ним. Но голубки лишь били крыльями, отгоняя друг друга.

И только Лазар, когда настала его очередь, поднял на ладони вместо крошек веточку цветущего Мирта, которая выпала из прически Софи, и выкрикнул ее имя.

Люди не верили, что получится — ведьма была злой и коварной, но одна из голубок, отделившись от кружившей над площадью стайки, взмахнула крыльями и полетела к Лазару.

«Вот она, моя любимая!» — радостно выкрикнул Лазар, поймал голубку и прижал к своей груди."

"Она тут же обратилась в Софи, а следом за ней и другие девушки вернулись к своим женихам.

Злобная ведьма от досады расплакалась и истаяла, а на том месте, куда упали ее слезы, образовалось озерцо, которое позже люди обложили камнем и превратили в фонтан.

С тех пор один раз в год над этим фонтаном устанавливают арочный мостик, по которому к своим женихам проходят невесты, отпуская в небо белых голубок, как символ победы добра над злом, а парни обязательно выкрикивают: «Вот она, моя любимая!» Только Короля больше нет, но вместо него внизу мостика стоит ящик для подношений с изображенной на нем короной.

И я подозреваю, что Ярослав не поскупился, встречая свою жену-невесту радостной фразой.

— …моя любимая!

Атласные ленты — розовые и белые. Живая музыка скрипок и флейт, улыбки и смех. На мне вновь белоснежное платье и волосы распущены, как когда-то. А вместо фаты — живые цветы. Я широко улыбаюсь своему мужу. Своему мужчине, только что поймавшему меня на руки и поклявшемуся любить всю жизнь и немножко больше.