Да-да, с тем самым Антоном, который был моим хорошим другом до момента, пока не повел себя как скотина с этой самой Лизой.
Это удивляет и заставляет конкретно охренеть, потому что я не понимаю, как вообще могу на это отреагировать. Я, блядь, защищая её, посрался с другом, чтобы она потом с этим же другом зажималась, как будто нихера и не было?
Сука.
Злость внутри растет невероятно быстро, меня бесит всё. Каждый человек в этом клубе, вообще все, что находится вокруг меня, даже музыка какая-то тупая.
Разворачиваюсь, уходя подальше, хочу свалить домой, купить пива и засесть в приставку, чтобы не злиться.
Потому что я в душе не имею, как такие лицемерные люди могут считать дерьмом меня.
Иду предупредить Ксюху, что сваливаю, потому что сестрица наверняка будет переживать, но вижу, что этот хрен зажимает ее слишком настойчиво. По глазам Ксюхи понимаю, что она недовольна, но мудак отваливать не спешит.
Ком злости внутри взрывается, разлетаясь по каждой клеточке тела.
— Слыш, отвали от нее! — лечу к сестре так быстро, как только могу, расталкивая народ, потому что этот козлина бесит неистово.
Бля, ну вот если девушка не согласна, ну нахер трогать? С согласием не даёт никто?
— Че, успела себе еще одного найти? Его выбрала, а мне сказать не решилась? — кривится злостью придурок, в котором я узнаю одного из студентов нашего универа. Он, кажется, на курс старше, но его мозгам это никак не помогает.
— Чего? — возмущается Ксюха, но слушать пустые разговоры я не намерен. Бью придурку в челюсть, с садистским удовольствием наблюдая, как он падает в толпу и кривится от боли.
— Сука, че ж вы все сегодня такие тупые-то? — злость выливается в ещё пару ударов, когда Кирилла поднимают и он пытается треснуть мне. — Сказали же, блядь, уйди. С первого раза сложно понять?
Мне с огромным удовольствием хочется втоптать его прямо в этот пол, я бью ещё пару раз, но голос Ксюхи, кричащей позади, немного, на самую малость отрезвляет: вряд ли она хотела такого исхода.
— Артём! — кричит старшая, повиснув у меня на плече.
Семейного скандала мне только не хватало…
Но к нам подбегают охранники, разнимая и ощутимо больно заламывая руки, а я улыбаюсь, потому что это был самый крутой способ избавиться от злости.
А дальше все как в тумане: разборки, разборки, разборки. Конченый орёт, что напишет заяву, администрация отпускать нас не собирается, а я просто сижу, пытаясь понять, где у меня болит, и куда мудила таки успел мне ударить.
