А самое главное, большая половина этих кроватей в данный момент пустует. Что же здесь на самом деле творится? Ведь детей с улицы братья не подбирают, все они здесь высокородные. Тогда за что их наказывают? За беспутное поведение отцов и матерей?
Старшие братья. Наставники. Их комнаты больше похожи на обычное жилье, пусть не роскошное, но все же удобное. А вот у жрецов… Да, герцог, с его служебными апартаментами и рядом не стоял. Отдельное крыло, отдельные гостиные, спальни, купальни и пыточные. Нет, ошиблась! Не пыточные.
Комнаты для удовлетворения фантазий сексуальных маньяков, не иначе.
Все! Я не смогу уйти из этого «божьего дома» спокойно! Не знаю, кому молятся все эти братья и кому они заставляют молиться своих воспитанников, но к настоящим богам этот монастырь не имеет никакого отношения.
До сих пор я убивала, только защищаясь, но теперь я готова была убивать, защищая. Десятки поколений моих предков обеих национальностей требовали от меня решительных действий. Воспитание сэнсэя взяло верх.
Верхний слой гуманной рассудительности, ставший в последнее время очень тонким, смыло тяжелой волной гнева воина ниндзя. Облик сменился в одно мгновение. Оружие, словно живое, скользнуло в мою руку.
И пусть боги в очередной раз помогут мне!
Первой моей жертвой стал сухощавый старик с плешивой головой. Шикарные апартаменты и белый балахон с широкими золотыми полосами на рукавах говорили о его высоком положении в ордене братьев. А большие шкатулки, наполненные золотом, с напоказ открытыми крышками, — об уверенности в своем положении и безнаказанности.
Он умер, так и не заметив моего появления у себя за спиной. Занят был. Очень. Доказывал молитвой и делом мальчишке лет шести всю глубину его вины. На грешнике уже и места живого не было, а добрый брат все продолжал усердствовать в своих молитвах. Старик был магом, и не просто магом, а сильным, но воином он не был, за что и поплатился.
Я была готова к тому, что голова старого маньяка легко и просто покинет свое место с моей помощью, но к тому, что мальчишка, которого я сняла со стены, придет в себя и вместо того, чтобы испугаться и заорать, вцепится в меня обеими руками, как клещ, не была.
— Ты демон? Настоящий? Забери меня с собой! Забери! Я буду служить тебе! Только забери! — Глухой, надтреснутый шепот из потрескавшихся детских губ заставил мою душу содрогнуться от боли. Я не могла его оставить, не могла, но способа забрать с собой тоже не знала.
