«Вольво» резво покатил, подскакивая на стыках. Сердце ликовало: кажется, Базиль нашелся.
Глава пятнадцатая"
"Кузнец и впрямь жил букой. Небольшой сруб прятался в лесу и летом, наверное, совсем незаметен. Но сейчас, когда основная масса деревьев потеряла листву, темные бревна резко выделялись на фоне голых стволов. На дорогу глядели три окна, в двух – стекла, крайнее забито фанеркой. Я подошла к сгнившему, покосившемуся крыльцу и крикнула:
– Эй, Базиль, выходи, Дарья Васильева по твою душу приехала.
В ответ тишина. Я дернула простую железную скобу, исполнявшую роль ручки. Дверь не шелохнулась, внутри ни звука, но видно, что в замочной скважине торчит ключ, следовательно, внутри есть люди, просто не желают отзываться.
– Базиль, не дури, – заорала я по-французски, – Сюзи в Париже с ума сходит, пожалей жену, старый кретин, хватит в Робинзона Крузо играть.
Замок залязгал, тяжелая дверь распахнулась, и на пороге появился высокий худой блондин в грязных потертых джинсах и толстом свитере.
Он абсолютно не походил на Базиля. Не успела я удивиться, как странный жилец спросил на великолепном французском:
– Бог мой, вы из Парижа?
– Да, – ответила я, – очевидно, вы тоже?
– Просто безобразие, – обозлился «дикарь», – еще три дня осталось! Как они смели уже новых прислать, буду жаловаться в агентство! Уже второй раз беспокоят! И в деревне человек живет!
Я совершенно ничего не понимала и на всякий случай уточнила:
– Ищу господина Базиля Корзинкина, книгоиздателя из Парижа!
«Робинзон Крузо» помягчел:
– Значит, не будете ночевать?
– Нет.
– Ладно, заходите.
Я вошла в избенку и моментально стукнулась лбом о низкую притолоку. Потирая ушибленную голову, проследовала за хозяином в «зал». Внутри стояла железная кровать с древней панцирной сеткой, допотопный стол, два колченогих стула и кованый сундук, настоящий раритет. Любой сотрудник этнографического музея онемеет, заполучив такой. Скатертью служила газета, а на кровати никаких признаков постельного белья, лишь драное ватное одеяло и подушка в засаленном напернике.
– Ну, – весьма нелюбезно спросил француз, – объясните теперь по-человечески, что вам нужно?
Я решила поставить хама на место и, светски улыбаясь, прощебетала:
– Будем знакомы, баронесса Натали Макмайер.
Французы жуткие снобы, и этот не оказался исключением.
– Прошу, мадам, присаживайтесь, меня зовут Клод Рабель.
