– Ура, – раздалось из коридора, – Мишенька, любименький, дай я тебя поцелую!
– Твоя дочь, а моя сестра, очевидно, опять получила пятерку за контрольную, – засмеялся Аркашка и быстро бросил на журнал газету.
Он оказался прав. Влетевшая Манюня принялась с восторгом рассказывать о своих успехах. За ее спиной маячил Миша.
Девочка перевела дух и накинулась на математика.
– Ну, сделал Гале предложение?
– Маня! – возмущенно вскрикнули мы в один голос с Аркадием.
– Даже не представляю, как начать, – пробормотал профессор.
– Горе луковое, – завопила Маня, – видел, Ефим приехал? Будешь тормозить, уведет Галку из-под носа, большой мастер по женибельной части, мухомор вонючий!
– Маша! – опять в один голос крикнули мы с Кешкой.
– Ну и что? – повернулась к нам девочка. –Хотите сделать вид, будто вы в восторге от визита? Ольга вчера сказала Аркадию, что Ефим мерзкий потаскун и… В общем, не стану повторять…
– Вот и не надо, – принялся воспитывать сестрицу брат, – лучше промолчи, и потом откуда так хорошо знаешь, что Зайка мне в нашей комнате говорит, когда мы находимся там с глазу на глаз?
– А из моей ванной всю жизнь слышно, что в вашей ванной делается, – бесхитростно призналась Маня и, увидав слегка изменившееся лицо Кеши, быстренько добавила: – Но никогда не подслушиваю, особенно когда вы вдвоем душ принимаете.
Аркадий, всегда бледный, словно вампир, вдруг приобрел вид молодой редиски – лоб и подбородок белые, щеки ярко-розовые. Но Машка, не обратив внимания на метаморфозу, уже неслась дальше:
– Мухомор гнилой, поганка подмосковная.
Вчера вечером ущипнул меня за попу.
– Так, – голосом, не предвещавшим ничего хорошего, протянул Кеша, – а ты что?
– Как дам ему коленкой с размаху по яйцам! – гордо ответила дочь и, сияя, пояснила: – Дениска научил. Прямо так и сказал: начнет кто приставать, сразу ногой по яйцам!
– Маня! – снова возмутилась я, мысленно благодаря сына моей лучшей подруги за науку. – Так вести себя просто неприлично.
– Не слушай маму, – велел Кеша, – очень даже прилично, когда тебя за задницу хватают.
И что он сказал?
Маруся разинула было рот, но вовремя осеклась и сообщила:
– Лучше промолчу.
– А ты что ответила?
Машка хихикнула:
– Пожалуй, лучше снова промолчу.
Кеша тяжело вздохнул.
– Вот и молодец, больше помалкивай да наглецам спуску не давай, сразу промеж ног лупи.
– Обязательно, не волнуйся, не дура, – успокоила его сестра.
Глава двадцатая
На следующий день в районе полудня я подкатила к дому на улице Черняховского.
