– Ушла в глухую несознанку, – засмеялся приятель, – и кому, интересно, собралась звонить, как правило, ко мне обращаешься. Ладно, иди умойся, переоденься. Небось вспотела вся! Ты чем там обложилась? Ватой?
Я ушла в ванную и долго плескалась под душем, смывая грим, грязь и усталость. Когда наконец выбралась наружу, в квартиру проникал серенький декабрьский рассвет.
Полковник и Базиль пили на кухне кофе.
– Где Оксанка?
– На работу ушла, не выспавшись по твоей вине, – огрызнулся Александр Михайлович, – теперь зарежет кого-нибудь дрожащей рукой.
Вот шутник! Я тоже молча налила себе кофе и села рядом.
– Значит, так, ребятки, – ласково прощебетал полковник, – дров вы оба наломали предостаточно, теперь сообща подумаем, как из неприятной ситуации выбираться с наименьшими неприятностями. Кто начнет?
Мы с Базилем переглянулись.
– Наверное, я, – вздохнул Корзинкин, – Дашка и четверти правды не знает.
Глава двадцать девятая
Базиль был более чем обеспеченным человеком.
Но хороший капитал заработал не сам, деньги достались от родственников, в частности, от деда. Николай, обожавший внука, никогда ни в чем не отказывал ему, вот Корзинкин и привык, что его вытащат из любой ситуации. Женитьба на Сюзетте только прибавила мужику уверенности. Сюзи из семьи богатых виноторговцев, она принесла мужу великолепное приданое.
Долгое время приятель, как говорится, искал себя. Но что-то у него не получалось. Попробовал заняться торговлей – прогорел, решил наладить производство прохладительных напитков – и тоже облом.
Потом в голову пришла мысль об издательском бизнесе. Собственно говоря, Корзинкин мог жить без хлопот на родительские деньги, но ему хотелось самостоятельно добиться успеха, заслужить почет и уважение…
Издательское дело, как, впрочем, любой бизнес, жестоко к дилетантам, к тому же рынок был давным-давно поделен между крупными дельцами. Издавать пользующуюся огромным спросом детективную литературу и любовные романы Корзинкину просто не дали.
Серьезные, пользующиеся популярностью авторы предпочитали иметь дело с солидными фирмами. Но Базилю удалось найти собственную нишу. «Голос» начал работать с советскими авторами-диссидентами, издавал книги, которые не имели никаких шансов появиться в СССР. Корзинкин даже снискал славу борца за правду и справедливость, этакого рыцаря свободы, но, к сожалению, доходов «Голос» не приносил. Наоборот, одни убытки.
