У большого стола сидели две женщины и мирно пили чай. Увидев непрошеную гостью, они насторожились, и я поспешила их успокоить:
– Давайте познакомимся. Люба, новая гувернантка.
– Остается только вам посочувствовать, – вздохнула более пожилая и полная, – присаживайтесь, я – повар, зовут Настей, а это горничная Вера. Хотите чайку?
Я радостно согласилась, и приветливые женщины начали вводить новенькую в курс дела.
Дом поделен на две половины. Одна принадлежит Ванде и Рите, другая – Юле.
У женщин разная прислуга. Ванда набрала себе самых обычных женщин, а Юля – глухонемых.
– Прямо оторопь берет, – делилась Вера, – ходят, как тени, вы не пугайтесь, если встретите, да они, впрочем, сюда не заглядывают, а нас на другую половину охрана не пускает.
– Почему? – изумилась я.
– Из-за коллекции, – серьезно пояснила Настя. – Юлин отец оставил собрание старинных статуэток, бешеных денег стоит, вот и боятся, что кто-нибудь украдет.
Мы ведь приходящие, возьмем и убежим…
– Трудно, наверное, работать в таком доме…
– И не говорите, – махнула рукой Вера, – одно радует – ровно в шесть все по домам расходимся, ни разу не задержали, и зарплата, конечно, потрясающая. За такие деньги на все согласишься, хотя вот няньки не выдерживают. Рита такой фрукт!
Не успела она договорить фразу, как в кухню влетела моя подопечная. Девочка все-таки решила не тосковать в одиночестве на кровати, а одеться самостоятельно.
– Да как ты посмела, – завизжала она с порога, – тебя наняли, чтоб все мои прихоти исполняла.
– Красивый у вас сад, – обратилась я к Насте, проигнорировав вопли.
– Летом вообще чудо, – ответила та."
"Обозленная до крайности, Рита подлетела ко мне и дернула за руку. Чашка с чаем опрокинулась. Я взяла со стола бутылку с минеральной водой, медленно открутила белую пробочку и меланхолично вылила жидкость на темечко малолетней истерички.
От неожиданности Рита заорала, а Настя с Верой отвернули довольные лица к окну.
– Сейчас же пойду к Юле и велю, чтобы тебя выгнали, – зарыдала мокрая Риточка.
– Сделай милость, только побыстрей, не задерживайся нигде по дороге, – велела я.
Побежавшая было к двери девчонка притормозила и спросила:
– Ты не боишься?
– Наоборот, только обрадуюсь!
– Интересно знать почему? – осведомилась нахалка.
