И вообще ты, душа моя, за всю жизнь не заработала ни гроша, так что радуйся, что я разумный, экономный человек!
После подобной отповеди женщина перестала просить денег, но нуждалась в них по-прежнему. Было страшно неудобно принимать приглашения от подруг. Следовало хоть иногда приглашать их в рестораны и оплачивать обеды и ужины. И уж совсем унизительно ездить в Подмосковье к умелице Зиночке и выдавать потом ее изделия за фирменные эксклюзивные шмотки…
Короче, Карина опять двинулась к Ванде. И снова ужин при свечах, много вина, исчезнувшие куда-то хозяйки…
Дальнейшее она вспоминала с трудом.
Случившееся воспринималось, словно сон. Госпожа Соломатина не понимала, как оказалась в роскошной спальне в объятиях ласкового Льва Андреевича.
Пробуждение было ужасным. Около десяти часов вечера Карина очнулась от того, что кто-то резко трясет ее за плечи. Перед глазами возникло улыбающееся лицо Ванды.
– Выспались, милая?
Госпожа Соломатина помотала нестерпимо болевшей головой и почувствовала укол совести.
Но Ванда Никитина протянула ей довольно пухлый конверт.
– Возьми, дорогая. Лев Андреевич оставил подарок.
Внутри оказалась довольно крупная сумма. Сначала Карину чуть не стошнило. Ей заплатили, как проститутке! Но на следующий день случившееся уже не казалось ей трагическим. Госпожа Соломатина пригласила в ресторан трех подруг и купила роскошные туфли.
Но деньги имеют одну неприятную особенность – они очень быстро заканчиваются. Поэтому, когда через неделю Ванда перезвонила снова и ласково сказала, что Лев Андреевич приехал в Москву, Карина со всех ног понеслась к Никитиной, предвкушая конвертик.
Потом состоялись встречи с обаятельным Сергеем Петровичем, малопривлекательным Глебом Марковичем… Имена партнеров менялись, неизменным оставался конвертик с деньгами.
И вот теперь появилась я с изобличающими фотографиями. Было от чего потерять остатки рассудка. И Карина принялась попеременно предлагать за молчание драгоценности.
– Ваша сумка? – прервала я поток всхлипываний и рыданий.
Госпожа Соломатина прекратила стоны и заинтересованно глянула на ридикюль.
– Дорогая вещь!
– Ваша?
– Нет.
– Знаете, чья?
Карина задумчиво почесала аккуратный нос.
– Где же я видела такую сумку? Совсем недавно, то ли у кого-то в руках, то ли на столике…
Я вздохнула. Скорей всего в холле у Никитиной, откуда ее и украла Майя.
– Вспомнила! – радостно вскрикнула Карина.
