Несостоявшийся граф

 – Сын нашего боевого товарища находится в беде, а тебе нет до этого дела?

– Я этого не говорил, – нахмурился Дмитрий. – А что с ними не так?

– Нет, право, я тебе удивляюсь. Молодая мать вынуждена заниматься проституцией, чтобы прокормить ребенка, а ты спрашиваешь, что не так?!!

– Хм, я как-то не смотрел на ситуацию с такого угла. Слушай, а почему ты решил, что она выбрала эту профессию от безденежья, может, ей нравится?

– Не смей говорить гадости об этой женщине! – вспыхнул как маков цвет и без того уже заведенный Алексей.

– Охренеть ты себе навыдумывал, – удивился его пафосу приятель. – Ты еще скажи, что собираешься жениться на ней и воспитывать ребенка как своего?

– Ну-у, – протянул Лиховцев, и Будищев вдруг понял, что его боевой товарищ готов и не на такую жертву.

Более того, подобная мысль уже приходила ему в голову, и он в случае надобности согласен.

– Ха-ха-ха, – покатился со смеху Дмитрий. – Я-то, дурак, думал, надо Стешку спасать и прятать, а оказывается, тебя! Блин, он на клофелинщице жениться собрался, держите меня семеро!

– Если вы, милостивый государь, сейчас же не прекратите балаган, я пришлю вам вызов! – вскочил резко побледневший Алексей.

– Прости, – попытался пойти на попятный приятель, но натянутые в течение последних дней нервы не выдержали, и он снова свалился в приступе хохота.

– На пистолетах… с двадцати… не с пятнадцати шагов!

– Тиха будь, бретер недоделанный, – с трудом успокоился Будищев. – Если мы сейчас друг друга перестреляем, кто о ребенке Николаши позаботится?

– Я знаю, не парься.

– Не желаю с вами разговаривать!

– Тогда сиди и слушай. Желаешь позаботиться об отпрыске павшего друга? Базара ноль, дело по-любому богоугодное. Хочешь падшую женщину на путь истинный вернуть? Тоже без вопросов! Только давай сначала более насущные проблемы порешаем.

– Хорошо, – вздохнул немного пришедший в себя Лиховцев. – Я несколько погорячился. Успел подзабыть твой характер и манеру общения.

– Мир? – протянул руку Дмитрий.

– Мир! – ответил на его рукопожатие однополчанин. – Только скажи мне, отчего ты не веришь, что это ребенок Николая?

– Но я больше ничем не могу объяснить твое нежелание ему помогать!

– Послушай, Леш, – помялся, подбирая слова, Будищев. – Давай начистоту.