Неуловимая невеста

Так же, как он принадлежит ей.

Остальное значения не имело. Не было на свете такой силы, чтобы разорвать их связь.

Его горящие ладони скользили по чувствительной коже ее спины. Шелк создавал искусительный, дразнящий чувства барьер. Шептал о чувственных ночах, обещал жаркие восторги, возбуждая все сильнее.

Посылая огонь по всему телу.

Он снова припал к ее губам. Языки встретились, сплелись, ласкали друг друга…

Его ладони гладили ее бедра, скользили вниз, сжимали…

Он поднял ее так, что их бедра впечатались друг в друга.

Невесомый шелк не препятствовал ей ощутить его мужскую твердость, тяжелый стержень плоти, рвавшийся из бриджей, чтобы вжаться в тугую мягкость ее живота.

Его бедра вдруг подались вперед, и она едва не лишилась сознания.

Словно вулкан взорвался в ней, чтобы стечь в самый низ. Между бедер.

Чтобы набухнуть там и пульсировать.

Она тихо охнула и отстранилась, хватая губами воздух. И увидела темное пламя в его глазах.

Ее руки зарылись в его волосы. Пальцы запутались в мягких локонах.

Вынудив себя поднять отяжелевшие от страсти веки, она смотрела на него, отчетливо ощущая, как горят распухшие губы, как тяжело дышать, как неумолимо стиснута грудь.

Как голова идет кругом.

Как желание выбивает в крови барабанную дробь.

Теперь она отчетливо видела в темных глубинах, что пламя стало угасать. Что здравый смысл и упрямое врожденное благородство перевешивают буйную страсть.

И все же она стояла на краю… почти теряя равновесие. Ощущая все…

Жар, распространявшийся под кожей.

Пульсацию мягкой плоти между бедер.

Впервые она познала, что это такое — алчный пожар, заставляющий желать. Желать завершения, доселе не изведанного, с яростной силой, от которой болело все тело.

— Не останавливайся, — велела она. Ее тон сделал бы честь самой бегум. Спокойная команда. Требование в обертке из чувственной, сладострастной, открытой жадности.

Огонь в его глазах вспыхнул снова. Его грудь раздулась, пока он боролся, — да, этот чертов рыцарь боролся, пытаясь сдержать все, что им сейчас владело.

Погасить пламя.

Но это ему не удалось.

Каждый мускул в его большом теле твердел, наливался жаром. Становился закаленной сталью, неподатливой, крепкой, непобедимой.

Но если она хочет получить его сегодня, ей тоже придется сражаться.

Сражаться с ним. С его чересчур благородной натурой.

Она набрала в легкие воздуха и ощутила, как растет в ней сила. Как тот же самый негасимый огонь разгорается по ее зову. Охватывает их обоих.