Неужели снова ты?!

Что ж, товарищи, спешу пополнить ваши ряды. Не механические движения, а мимолетные взгляды, прерывистое и тяжелое дыхание, лихорадочные скольжения рук — именно это возносит тебя на седьмое небо. Отсутствие правил и стертые грани — вот, что на самом деле важно.

Дима продолжает исследовать мое тело. Дразнит, провоцирует — он снова касается груди. Языком проводит по ареоле и прикусывает сосок. Перед глазами уже давно плывет. Темно, но сквозь не зашторенные окна бьет яркий свет фонаря. В голове набатом бьет одно желание — я хочу этого демона.

Уже не замечаю, как он целует ниже — ласкает живот, не забывая слишком чувствительную сейчас грудь. Все сливается в один горящий комок желания.

— Моя девочка, ты невероятно отзывчивая. — шепчет он, вытягивая из меня стоны один за другим.

Если он коснется меня там хоть раз, я не сдержусь. Нахожу силы и смотрю на Диму, вольготно расположившегося между моих ног. Даже не задумываюсь, в насколько откровенной позе нахожусь. Это давно уже не имеет значения.

Особенно с ним. Только с ним.

Стягивает трусики и начинает свою пытку: влажно целует бедро, неумолимо приближается к его внутренней стороне. Мне хочется кричать от тех эмоций, что уже просто напросто не способны уместиться во мне. Дима очень чутко чувствует меня. Просит:

— Не сдерживайся, милая. Я хочу слышать, как тебе хорошо. — не могу отказать своему «тирану и деспоту».

На каком-то подсознательном уровне чувствую, что он прожигает меня взглядом. Несколько секунд молчаливого томления, и он раскрывает меня языком там.

Не знаю, какая сила продолжает держать меня в сознании, но я чувствую, что то, что происходит сейчас — самое яркое ощущение за всю мою жизнь. С каждым его точным движением ощущаю себя так, будто еще немного и я распадусь на атомы. Дима кружит, давит, но ни одним движением не подводит к финалу, не позволяет завершить эту агонию.

Сквозь бесконечные стоны выдавливаю очередное:

— Пожалуйста… — и он слышит меня, его мощнейшее движение языком без сожаления толкает меня в пропасть.

Меня бьет мелкая дрожь, каким-то самым потаённым уголком сознания ощущаю, как Дима сцеловывает слезы.

Чувствую себя невероятно, но, кажется, у меня произошел эмоциональный скачок. Я никак не могу успокоиться и перестать плакать.

— Т-ш-ш, солнышко. Тише, — сажает к себе на колени и успокаивающе гладит по голове.

В его объятиях так уютно, и я верю, что они способны защитить от всего.